Чёрная овца Рицонни

А вот терпкий запах сандала, усиливший внутренний зуд, заставил закатить глаза от удовольствия. Поймав себя на этом действии, с недоумением уставилась на себя в зеркало, висящее на стене. Абсолютно голая симпатичная девица, отразившаяся там, ответила мне тем же. Мол, подруга, когда это ты токсикоманкой заделалась?

Но времени на размышления мне не оставили, потому что ручка на двери начала проворачиваться. С резвостью залётной бабочки подпрыгнула на мягком ковре и залетела в кровать, спрятавшись под одеялом с головой.

И начала прислушиваться обострённым слухом. Крики в коридоре по-прежнему продолжались, и из них действительно стало ясно, что потеряли меня. Но вошедший прикрыл за собой дверь, практически отрезая нас от окружающего мира.

Тихие шаги продвинулись дальше и кто-то произнёс:

– Так, так, так… вот и нашлась пропажа! – с меня резко стянули одеяло.

– Ну, привет, Фил, – улыбнулась ошеломлённому мужчине, которого ждала с таким нетерпением. – Как поживаешь?

– Какого чёрта? – Лукиан осмотрел меня внимательным взглядом, подбирая слова.

Медленно приходясь взглядом по груди, тонкой талии и длинным достаточно стройным ногам.

По мере его разглядывания снова почувствовала те же странные ощущения. Словно ломка. Как-то, чтобы насолить деду, начала курить. А когда поняла, что ему всё равно, то попыталась бросить. Ощущения были не из приятных. Постоянно тянуло сделать хоть ещё одну затяжку. Бросить я в итоге бросила, но вот то ноющее чувство в груди, умоляющее пойти и купить сигареты, оставили не лучшие воспоминания.

Сравнение конечно так себе, но то, что испытывала сейчас сродни этому, только усиленное в тысячу раз. Невыносимый зуд и почему-то сосредоточенный только на спине не давал спокойно думать.

Да что со мной?!

– Что ты здесь делаешь? – грозно спросил Филип, намеренно смотря только на моё лицо.

– Жду тебя, конечно же, – приподнялась на локтях, стараясь не обращать внимания на своё непонятное состояние. Но хоть сознание больше не теряю. – Я соскучилась, Фил!

– Я не давал тебе разрешения называть меня так, – грозно сверкнул глазами, давая новую порцию удивительных ощущений.

Ко мне пришла странная догадка. Но Боже, надеюсь, я не права! Я же недоволчица и у меня по определению не может быть истинной пары! Именно на это, прежде всего, жаловался дед, обзывая меня своим проклятием на голову.

Накинув на меня одеяло, Лукиан отошёл от кровати и уселся в кресло.

– Джоди Рицонни. Двадцать два года. Пустышка по непонятной причине.