Дриада

В конце концов, все имеют право на секреты. Я и сама таким грешна, чего уж там.

Не успела снова продолжить путь, как передо мной появился… Эдди.

– Ну привет, нимфочка, – и улыбнулся.

– Чего тебе надо Эдди? – скрестила руки на груди и подняла бровь.

– Хотел извиниться, – покаялся Его Высочество, принимая невинный вид.

Может я бы и поверила, если бы уже не видела его истинное лицо. До того мерзкое, что даже от этого разговора захотелось помыться.

– За что именно? – уточнила с насмешкой.

– За неподобающее поведение, конечно, – Эдуардо попытался очаровательно улыбнуться. – Без понятия, что именно на меня нашло. Словно затмение какое-то. Просто бесит, когда всё решают за меня, понимаешь?

– Понимаю, – кивнула. – Не слишком-то это приятно.

– Ну вот! – воскликнул принц. – Итак… забыли?

– Забыли, – снова кивнула, криво усмехнувшись. Хотя вообще-то ничего не собиралась забывать. Зачем бы ему не понадобилось это примирение, но меня на него точно не купишь.

Но уйти не успела. Его Высочество схватил меня за руку и прижал к себе, вызывая дрожь отвращения, ползущую противной змейкой по телу.

– А раз мы начали с чистого лица, то может зайдёшь ко мне? Мы бы неплохо провели время, раз остальные развлечения на сегодня закончены.

– А ты уверен, что я соглашусь, да? – широко улыбнулась, буквально впечатываясь грудью в его тело. – Интересно, в какой такой вселенной ты живёшь, Эдди? Днём ты угрожаешь мне повешением, а вечером ожидаешь, что я прыгну к тебе в койку?

От похоти его глаза расширились, а ноздри раздулись, вдыхая флюиды нимф.

– Мы же начали с чистого листа, – растерянно проговорил Эдуардо, опуская глаза вниз и утопая в моём вырезе. Фу-фу-фу!

– Замок на чрезвычайном положении, – раздался ледяной голос откуда-то сбоку.

Медленно отстранившись от перевозбуждённого Эдди, коротко улыбнулась Максу, глаза которого потемнели… от ревности?! С чего бы это? Как он там говорил? Никто не ждёт приличного поведения от дриады. А дразнить чокнутого принца было весело.

Затем развернулась и пошла в свою комнату, кожей чувствуя взгляды оставленных позади мужчин.