Без боя?! Не дам(ся)!

Не ожидали такого? Вроде как у меня и повода нет, так что ли? Это вызвало смех, прорывающийся сквозь истеричные слезы, всхлипывание, раскачивание из стороны в сторону и взгляды, полные ужаса и откровенного почти непритворного отвращения, обращённые на Чука с Геком.

Посмотрим, как обученные наёмники справятся с истерикой своей «хрупкой вазы» стоимостью в целый квадр сектилонов.

Глава 3

– Жизнь всегда выносит смертный приговор с пожизненной отсрочкой исполнения.

– Иногда эта отсрочка – всё, что у тебя есть.

– Эм… Арина Георгиевна, – неуверенно заговорил Гек, делая шаг в мою сторону.

Осторожный такой шаг. Будто приближается к аллигатору, который вот-вот сцапает его за тощие конечности и захрустит ими, смачно причмокивая при этом. Хотя уместно, наверное, предположить, что не к аллигатору, а к распылителю с дихлофосом.

Для меня же это послужило сигналом к новому приступу воя и попытке забиться в угол ещё сильнее. Но куда там? И так вплотную прижималась. Сквозь стены просачиваться не умею и собственно никогда не смогу постичь этот навык.

Тут я заметила то, чего не видела раньше. Свои туфли. Видимо, когда меня устраивали на койке, их «любезно» сняли с моих ног и небрежно скинули на пол.

Ретиво схватила одну из них за шпильку и, не раздумывая, прицельно кинула в тараканов, чтобы затем тут же вооружиться второй туфлей с самым грозным видом. Насколько позволяла ситуация, конечно же.

Пусть думают, что у меня не все дома на фоне всего случившегося.

– Гек, – кашлянул Чук, привлекая к себе внимание. – Пойдём. Пусть успокоится. Мы зайдём попозже.

Тот не стал спорить и таракашки резвенько нажали на панель и скрылись прочь, оставляя меня одну-одинёшеньку.

А мне только того и надо! Хоть немного приду в себя перед разговором, в котором мне явно собираются промыть мозг. А я не готова сортировать и фильтровать информацию.

Стоило им уйти, моментально успокоилась, зло смахивая слёзы с влажных щёк. То, что они меня уже не услышат – не сомневалась. На таких кораблях со звуконепроницаемостью проблем нет. То есть они точно не поймут, завываю я тут или нет. Думаю, минут на двадцать меня оставили в покое. Хоть какая-то, но отсрочка.

Поднялась с пола и устало потянулась, осознавая, как всё это время была напряжена.

Но слёзы, как ни странно, помогли.