Проповедник свободы

Воды его красны, словно состоят из крови тысячи убитых человеком китов. Ветер взметает ввысь капли этой крови, а издалека на меня идёт девятый вал, который вот-вот сметёт всё на своем пути. От страха я хватаю Художника за руку.

– Нравится? – просто спрашивает он, но я вижу, что моя реакция рассказала ему всё без слов.

Я киваю головой, не в силах что-либо сказать. А он берёт гвозди и прибивает полотно к рамке. Теперь выглядит ещё круче.

– Я хочу, чтобы эта картина висела у тебя дома, – властно говорит он.

Я не возражаю.

Вдруг он смотрит на мои ноги и начинает смеяться. Я невольно следую за его взглядом и понимаю, что же его так развеселило. Господи, я надела разные носки. Один из них зелёный, с забавными авокадо, а второй красный – с клубникой.

– Василиса, я боюсь, это может нам помешать при создании новых картин! – говорит он мне, еле сдерживая смех.

– Я не дальтоник! – оправдываюсь я, – Просто с утра очень торопилась, и, видимо, надела первое, что в руки попало.

Я краснею и прячу лицо в ладони.

– Да ладно, всё нормально! – он уже буквально хохочет, и задирает свои штанины. Теперь я тоже начинаю смеяться. Один его носок чёрный, а другой – серый!

– Мы с тобой чем-то похожи, – подмигивает он мне.

Затем он снова становится серьёзным и говорит.

– Когда-то я тоже был таким, как ты. Я всего боялся, я не мог постоять за себя, не мог сказать «нет», но я научился владеть, пользоваться и распоряжаться этим миром. И если ты мне доверишься, я научу и тебя.

Его слова вновь погружают меня в трепет, но я чувствую, что он – это моя судьба.

– Я доверяю тебе.

Он обхватывает мое лицо ладонями и целует лоб.

– Тогда слушай внимательно мой первый урок: играй по правилам и будешь неуязвима. Запомни это!

Я киваю.

– Хорошо, тогда поехали к тебе. Нужно найти место для этого шедевра, – он улыбается, а у меня в груди снова бьёт крылышками бабочка.

Я немного волнуюсь, когда он заходит в мою квартиру. Хорошо, что я вчера прибралась. Он с любопытством осматривает мой скромный интерьер, заглядывает в ванную, на кухню.

Я ставлю чайник и грею в микроволновке остатки супа. После свежего воздуха кажется, что он очень вкусный. После ужина он сам находит место напротив моего дивана, куда вбивает гвоздь и вешает картину. Некоторое время мы сидим на диване, рассматривая её. Затем он целует меня и начинает стягивать с меня одежду.

– У тебя крутая футболка, – говорит он, и я остаюсь в одном лифчике, – и красивая грудь.