Код Ктулху

Напившись, Николай провалился в безмолвную тьму, и ужасы минувших суток, наконец, отступили. Он не знал, сколько спал, но когда открыл глаза, почувствовал, что паром не движется. Выпитый накануне алкоголь дал о себе знать барабанным боем в голове. Однако музыкант готов был пойти на такие жертвы, лишь бы не видеть больше страшного лица. Дверь в каюту открылась, и вошёл Валера.

– Тебя по ящику показывали, – с ходу заявил он, присев на койку напротив.

– Меня? – голос Николая предательски дрогнул. – Нет, ты что-то путаешь, я же рассказывал, что еду на встречу с другом.

Просто не успел оформить пропуск, поэтому буду ждать его на пароме. Как я могу оказаться в телевизоре?

– Ну да, ну да, – протянул матрос. – Ты в курсе, что паром отбывает, – он взглянул на часы, – через пять минут? Пассажиры уже все на борту.

– Как отбывает? – воскликнул Николай. – Мне нужно найти его.

– Кого его? – подозрительно сощурился Валера.

– Не твоё дело, – огрызнулся музыкант и встал, давая понять, что разговор окончен.

– Так не пойдёт, – моряк перегородил ему дорогу. Хоть Валера и был ниже ростом, однако тяжёлая ноша покорителя морей и океанов оставила свой отпечаток на его теле в виде крепких мускулов и дублёной кожи. Простому музыканту такого противника не одолеть.

– Слушай, ты тоже нечист на руку, раз согласился меня везти, так, может, договоримся?

Валера молча посмотрел ему в глаза и после непродолжительной паузы назвал сумму.

– Хорошо, я согласен, как только вернёмся в Мурманск, сразу же тебе заплачу, – Николай постарался принять свой самый дружелюбный тон.

– Убей его! – раздался громогласный голос икса. – «Неужели телефон всё время был на вызове»?

– Чего ты сказал? – Валера левой рукой схватил музыканта за шиворот.

– Это не я, это телефон!

– Какой телефон, ты что бредишь? – Тяжёлый кулак моряка молниеносно впечатался в челюсть Николая.

Сотни раз он видел, как герои боевиков долго и нещадно молотят друг друга, словно в жестоком, но красивом танце. Однако сейчас, красоты не вышло.

Как и танца. Получив удар по лицу, Николай отлетел к иллюминатору. Там он врезался в столик у окна, попутно отметив, что мебель закрепили на совесть и, шипя от боли, сполз на пол. Борясь с искрами в глазах, музыкант поводил руками по сторонам, где нащупал тяжёлый будильник и без лишних раздумий метнул его во врага. Послышался удивлённый вскрик и последующий грохот падающего тела.

Николай, держась за ушибленный бок, подполз к поверженному противнику.