Код Ктулху

Осмотрев мужчину, он побледнел – Валера был мёртв. Руки затряслись, и мир перед глазами потерял очертания. Его стошнило. Стало легче. Глубоко дыша, он отполз в дальний угол каюты, бормоча: убийца, убийца, убийца.

– Убийца, убийца! – передразнил его икс. – Хватит ныть, иди и закончи дело.

– Нет! Ты не заставишь.

В ответ из трубки раздался зловещий хохот. Тьма резко окутала каюту. Перегородки затрещали и, ломаясь, принялись сжиматься комком вокруг музыканта. Растеряв остатки храбрости, он вскочил и бросился в коридор.

Хотелось скорее выбраться из этой удушающей железной коробки наружу. Поднявшись на палубу, Николай подбежал к фальшборту и глубоко вдохнул свежий северный воздух. В глазах прояснилось.

– Вам плохо?

Николай обернулся. На него тревожно смотрел невысокий мужчина с восточными раскосыми глазами.

– Всё в порядке, просто немного укачало, – выдавил из себя музыкант.

– Понимаю. Я сам хоть и летаю всю жизнь, но так и не привык к качке на воде, – мужчина встал рядом, облокотившись об фальшборт.

 – А ведь мы ещё даже не отправились в путь. – Он протянул руку. – Салкын.

– Нет! – вскрикнул Николай, отпрыгнув от собеседника как ошпаренный. В его руках появился нож. – Это ты. Ты!

– Парень, успокойся, ты явно не в себе, – мягко проговорил Салкын, медленно отступая к жилой надстройке.

– Не в себе, – словно под гипнозом повторил Николай. – Откуда у меня нож? Он посмотрел на полоску стали в своих руках. Обычный кухонный инструмент, похожий был в наборе, который он когда-то дарил матери.

Внезапно музыкант остолбенел от страшной догадки – это тот самый нож. И на его лезвии остались следы запёкшейся крови. В ушах раздался крик. Наполненный болью предсмертный крик матери. Нож заплясал в руках и, выскользнув из ослабевших пальцев, глухо стукнулся об палубу.

– Я сейчас вызову помощь, ты только держись, слышишь? – подал голос Салкын, отойдя на безопасное расстояние.

– Мне уже никто не поможет, – мёртвым голосом произнёс Николай. Достав мобильный телефон, он зло посмотрел на него: – Я знаю, как это остановить.

Из трубки раздался нечеловеческий вой, словно ад, прорвав ткань реальности, заполнил землю криками грешников. Николай размахнулся и пульнул телефон в Салкына, затем, мгновенно развернувшись, бросился за борт.

– Человек за бортом! – закричал Салкын, хотя и так на палубу со всех сторон уже просачивались люди. Вскоре там было не протолкнуться. Послышалось хлюпанье воды – видимо, кинули спасательный круг.