Моя прекрасная принцесса

Его явно не радовало то, что леди Летиция повисла на его руке, но он ничего не мог поделать.

Когда Страттон шагнул вперед, чтобы взять под руку контессу, она отмахнулась:

– Нет-нет. Вы, молодежь, всегда ходите слишком быстро. Если вы не против, я пойду со своей камеристкой.

Она повернулась и кивнула Марии, в течение всей встречи молча стоявшей позади хозяйки. Незнание английского означало, что большая часть разговора осталась для нее непонятной. А если бы она все поняла, то наверняка надрала бы Страттону уши за то, что он так развязно вел себя с дочерью ее любимой леди.

– Мистер Страттон, может быть, вы предложите руку моей дочери? – сказала контесса, улыбаясь Джиллиан так, словно предлагала ей восхитительное удовольствие. – Мы с Марией присоединимся к вам в карете.

Страттон хлопнул себя по груди.

– Графиня, я буду счастлив сопровождать вашу дочь. Собственно, вы только что наполнили мой день смыслом.

На этот раз Джиллиан не выдержала и закатила глаза, пробормотав:

– Не много же вам для этого надо.

Он посмотрел на нее.

– Простите, вы что-то сказали, мисс Драйден?

– Ничего важного, – ответила девушка, опершись на его руку. Она не испытывала ни малейшего желания идти с этим человеком, но мама явно решила, что для Джиллиан это отличная возможность поучиться вести вежливую беседу.

Левертон сердито посмотрел на Страттона, словно собрался возразить на его предложение, но леди Летиция потащила его в сторону Броуд-уока, при этом треща как сорока. Джиллиан с трудом удержалась от смеха: очень уж забавно было увидеть, как искусно эта дама сокрушила оборону герцога Левертона.

Джиллиан даже слегка пожалела герцога, но подумала, что ему только пойдет на пользу, если время от времени им будут командовать. Хоть Левертон и славный человек, он бывает слегка высокомерным. Пора с него сбить спесь, а леди Летиция определенно способна на это.

Кроме того, было очевидно, что у них общее прошлое. Судя по реакции Левертона, вряд ли оно было волшебной сказкой, но леди Летиция как будто придерживалась другого мнения.

Более того, она смотрела на герцога как на свою собственность.

А он сошел наконец со своего пьедестала. Даже чуть наклонился, чтобы лучше ее слышать. Их русые головы почти соприкасались, залитые солнечным светом. Джиллиан нахмурилась. Эта картина почему-то обеспокоила ее, ей это не понравилось.

– А они красивая пара, правда? – произнес Страттон. В его голосе прозвучала горечь, словно эхом откликаясь на мысли Джиллиан.