В СССР геев не было!

Какая радость!

Занятые делом, мужчины не обратили внимания на пожилую женщину, старуху, которая сидела на скамейке у подъезда, несмотря на холодную погоду для конца августа. И ей отсутствие вежливости, по-видимому, пришлось не по душе.

– А вы это к кому пожаловали? – ворчливо полюбопытствовала старуха, заметив сумки и коробки, и логично предположив, что кто-то куда-то переезжает, но не узнав частых гостей Михаила.

– Не по твою пока что душу, – с самым мрачным выражением на лице сказал Ярослав, смерив будущую соседку долгим взглядом.

Максим хихикнул, а Женя неодобрительно покачал головой. Разве стоило начинать жизнь на новом месте с ругани с соседями?

– Я тут живу и должна знать, что у нас тут за личности околачиваются! – старуха постучала тростью по асфальту. – Ходят тут всякие!

– Хочу и хожу, не тебе мне указывать, где и когда мне околачиваться!

Не дожидаясь, когда Женя закончит выгружать сумки и закроет багажник, Ярослав подошел к подъезду и набрал выученный наизусть за годы приездов в гости номер квартиры.

Но никто не успел ответить, так как в тот же момент открылась тяжелая металлическая дверь, и Слава столкнулся с еще одной новой соседкой.

– Осторожнее надо быть, глаза на затылке, что ли?! – выругался мужчина и, нахохлившись, словно воробей под дождем, скрылся в темноте подъезда.

Макс только и успел, что подбежать к двери и придержать ее, чтобы она не захлопнулась. Вторая старуха подошла к той, что уже сидела на скамейке, и громким шепотом поинтересовалась, что это за грубияны заселяются в их дом? Но, естественно, говорила она так, что и Женя, и Максим ее услышали.

– Извините его, – обратился к двум бабушкам на скамейке Евгений, который всю эту сцену старательно пытался не вмешиваться в перепалку. – Он только что похоронил жену.

Подхватив сумки и дав знак Максу забрать коробки, Женя пошел догонять отца.

***

2019 г., весна

Лифт тихо пискнул, сообщая Михаилу о том, что его довезли до нужного этажа, пора и честь знать.

Двери с тихим шипением разъехались в разные стороны, и мужчина вышел на площадку. Ключ в нижнюю замочную скважину, два оборота влево, и он дома. Небольшие электронные часы на полке в прихожей сообщили, что на прогулку Петрович потратил около получаса. Не быстро, но и не долго.

Он прошел на кухню и с неудовольствием покосился на приоткрытую балконную дверь: Ярослав все еще был там.