Кому принадлежишь ты?

Он так много сделал для меня, что я в жизни расплатиться за это не сумею».

С ним всегда комфортно. Мне нравится проводить с ним вечера в его загородном доме – жарить на огне рыбу, есть ее перед камином, запивая вином и разговаривая об очередном клиенте и интересном случае (если, конечно, этот случай не затрагивал личное пространство клиента и не являлся врачебной тайной).

Эдмон – мое детство, отрочество и юность – он мой ангел и черт, брат и отец, советчик и наставник. Ему тридцать лет, он холост, работает в клинике для душевнобольных и обожает свою работу.

Окончив университет, я наотрез отказалась от его предложения работать с ним. Я собиралась уехать в большой город и найти себя там, пусть даже не по профессии, только бы вырваться из оков родного города. Но, как и ожидалось, загубить мой красный диплом психолога он не позволил. Спасибо ему в очередной раз. Он устроил меня у Ролана, так и не сумев уговорить идти с ним в клинику.

На месте его работы я никогда не была. Мне больно. Точка. Я просто не могу пересилить себя и смотреть на эти несчастные, беспомощные и наказанные Богом лица и тела.

И пусть люди после этого станут утверждать, что я не истинный психолог, что я слабонервная, слабохарактерная, самозванка и так далее – у меня своя епархия – я делаю то, что умею и то, что нравится. И телефонное консультирование подходит под это описание. Если бы не Ролан, я бы раскрылась сильнее. Но, нет худа без добра, ну или добра без худа.

Закончив с пробежкой, я простояла минут десять под душем, пять минут на прическу, пять – на одежду, две – на сок и в итоге, в десять минут девятого в дверном замке повернулся ключ, и я сбежала по лестнице.

Выйдя на воздух во второй раз за утро, я не ощутила того блаженства, что в первый. Все прекрасно своей первичностью.

Открывая дверцу машины, я бросила короткий взгляд вокруг и осталась довольна. Почки на деревьях набухли до предела. Еще пару дней и они взорвутся новой свежей зеленью нового свежего лета.

До работы я добралась без пробок и в половину девятого уже переходила улицу, направляясь к большому серому зданию Центра.

Улица, перекресток, пешеход и я у цели. Ближе припарковаться не удалось – понедельник.

– Алана! – я резко обернулась на голос.

– Привет, Эдмон! Ты разве не сегодня вступаешь в смену?

– Верно, но с вечера, – он замялся, – Хотел пообедать вместе. Как смотришь на это?

– Ты же знаешь, что я понятия не имею, когда выползу из этой серой коробки, а тем более смогу ли пообедать.