Блейд. Книга 2

Это стало очередным разом, когда Блейду пришлось выбирать между правильностью, совестью и их с Майклом спасением. Если бы социальные службы узнали о том, что Пенни умерла, их бы отправили в детский дом: Блейда в обычный, а Майкла в один из тех отвратительных интернатов, где содержатся, иначе не скажешь, «особенные» дети. Выбор был очевиден.

Благо, Пенни была одинокой женщиной. Дети у неё были, но за те почти четыре года, которые Блейд и Майкл жили у неё, они приезжали к ней всего два раза. Это очень помогло парню, который тогда решился на отвратительный, по сути, шаг – скрыть смерть старушки от всех и избавиться от тела.

Блейд закрыл глаза и сглотнул. Под закрытыми веками ожили картины того страшного, но такого обычного для всех октябрьского дня. Дня – в котором у него появилась ещё одна тайна, которую он пронёс с собой сквозь годы и которую он унесёт с собой в могилу.

Блейд помнил, как он, тогда ещё юный шестнадцатилетний мальчишка, отлип от дверного косяка и медленно подошёл к постели, на которой лежала женщина.

Помнил, как заглянул в её стеклянные и помутившиеся смертью глаза, как проверял пульс и признаки дыхания. А потом…

А потом он нервно оглянулся на дверь. Сердце бешено стучало в его груди, а в голове происходила борьба ангела и беса, в его сознании происходил выбор. И он сделал его. Сделал, чтобы спасти их с Майклом.

Быстро закрыв дверь, Блейд вернулся к постели женщины. Он до сих пор помнил, как мерзко и страшно было прикасаться к уже холодному и окоченевшему телу, как тяжело было тащить его.

Он спрятал тело Пенни в шкафу до тех пор, пока не представится возможность избавиться от него. Блондин знал, что Майкл никогда не заходил в комнату женщины без разрешения и ни в жизни не тронул её вещей.

Это было так странно – разговаривать с Майклом, улыбаться ему, помогать с уроками и готовить завтрак, обед, зная, что там, на втором этаже, в шкафу спрятан труп. Так, в этой страной улыбчивой обыденности прошёл целый день, наступил вечер, а затем и ночь.

Ночь…

Блейд помнил, как он уложил Майкла спать, привычно поцеловав перед сном и подоткнув ему одеяло. Он смотрел на сопящего во сне брата и с горечью понимал, что теперь он стал ещё более взрослым, болезненно взрослым, потому что от его решения, от его находчивости теперь зависели их судьбы.

И он решился. Это было мерзко и отвратительно, от этого хотелось блевать и рыдать в голос, но Блейд давил в себе эти порывы, закрывал глаза и копал.