Блейд. Книга 2

Дьяволу не нужны пустышки, а в том, что у него есть душа, Блейд уже давно сомневался. Лишь иногда, когда что-то в груди противно ныло, ему казалось, что – да, там всё ещё что-то есть, там всё ещё есть сердце. Но потом парень неизменно приходил к мысли о том, что это всего лишь черви роются в трупе его души, роются и никак не могут насытиться, оторвать кусок, потому что в его груди царила вечная мерзлота. А сердце его представляло собой кусок грязного льда, который соединил навеки части разбитого целого и укутал их холодом, отнимая жизнь.

Блейд закрыл глаза, плотно жмурясь, потёр переносицу. Голова жутко болела, трещала. Переполненная пепельница источала противную табачную вонь, заполняя собой помещение, раздражая. Блейд курил много, даже очень много и, понятное дело, запах сигарет его не раздражал, не вызывал в нём отвращения. Но совершенно иначе дело обстояло с «трупами сигарет», которыми являлись смятые и раздавленные окурки. Они, как и всякие трупы, отвратительно пахли.

Открыв глаза и поморщившись, Блейд свернул окно браузера и встал из-за стола, решив сделать небольшой перерыв, а, заодно, выбросить целую кучу окурков, чтобы они больше не раздражали его обоняние и глаза, попадая в поле зрения.

Да, Блейд любил порядок, хоть и не слишком умел его поддерживать. Когда-то, когда денег на домработницу у парня ещё не было, блондин самостоятельно вылизывал их с Майклом дом, принимая ту скромную помощь в этом деле, которую мог предложить ему брат.

Блейд вышел из кабинета и остановился у порога.

Эти воспоминания подарили какое-то совершенно гадкое чувство, ноющую тупую боль. Это было так давно…

Руки его тогда ещё не были перепачканы в крови. У него тогда не было денег, он только начинал работать, а, правильнее сказать, крутиться, как мог, чтобы иметь возможность устроить нормальную жизнь для себя и для Майкла. Страшное время. Пенни – сердечная старушка, сжалившаяся над братьями и взявшая над ними опекунство, тогда уже умерла.

Но об этом знал только Блейд. Для Майкла Пенни уехала, а для школы и всех остальных, кто мог ими заинтересоваться, она по-прежнему была жива. Это было очень жутко. Блейд до сих пор помнил, как зашёл в её спальню и как-то сразу понял, что старушки больше нет. Это было понятно по стеклянному взгляду, смотрящему сквозь потолок, и по пыльно-удушливому запаху свершившейся смерти, который наполнял светлую комнату с такими приятными занавесками в цветочек.