Напиши себе некролог

– Позволите на пару слов?

– Подайте шубу, на улице холодно.

Они вышли в сад и уселись на скамейку под вишней.

– Признаюсь, Говориловна меня заинтриговала, – ответила Ирма на вопрос про Капу Гневышеву. – Потому встала в воскресенье пораньше и поехала в Пантелеймоновскую церковь[29 - Угол улицы Пестеля и Соляного переулка.]. Сваха не обманула, голос девушки действительно был божественен. Внешность – тоже. И я решила уговорить ее сама. Соврала, что была знакома с ее покойным отцом, выразила соболезнование, предложила помощь.

Она слушала благосклонно. И если бы не ее брат… Он обругал меня бранными словами. Очень невоспитанный юноша.

– Спасибо! Очень мне помогли, – поблагодарил хозяйку хора Арсений Иванович и отправился на Большую Морскую.

– Где шлялся? – накинулся на него Крутилин.

Яблочков подробно доложил:

– Я думаю…

– Я разве думать велел?

– Уверен, Костик знает, где Капа.

– Мне на это дело плевать. У тебя куча поручений не отписана.

Арсений Иванович корпел над бумагами почти до полуночи.

Добравшись домой, тотчас завалился в постель – спать хотелось так, что даже ужинать не стал.

1 июня 1871 года, вторник

В семь утра Арсения Ивановича разбудил городовой четверого участка Петербургской части:

– Утопленник всплыл. Велено вам его предъявить. Вразумительного объяснения, почему участковый пристав послал именно за Яблочковым, сыщик от городового не добился. Поеживаясь от холода, они доехали до Колтовской набережной[30 - Ныне – набережная Адмирала Лазарева.

], пересекли мост и свернули налево. Через пару минут дрожки остановились у одной из тоней[31 - Ныне – набережная Адмирала Лазарева.], где сыщика дожидался пристав капитан Феопентов.

–Зачем вызвали, Елисей Аполлинариевич? – спросил его, пожимая руку, Арсений Иванович.

– Хозяйка хора, что пел этим господам на рыбалке, – Феопентов указал на празднично разодетых мужчин, неподалеку вкушавших свежесваренную в котелке уху, вместе с ними завтракали дюжина одетых в сарафан девиц, – сказала, что вчера вы разыскивали сестру нашего утопленника…

– Можно на него взглянуть? Где он?

– Перенесли подальше от берега, чтобы не смущать отдыхающих.

Яблочкову взгляда хватило, чтобы опознать Костика, к ноге которого гимназическим ремнем был привязан его ранец. У тела юноши колдовал частный[32 - Врач полицейской части.] врач Долотов.

– Какова причина смерти, Петр Порфирьевич? – уточнил у него Арсений Иванович.

– Удар по голове тупым предметом.