Озябший ангел

Вовка мягко упал на бок; не с первого раза, но все же ухватил бомбу клещами и, отползая, потащил её за собой. Едкий дым окутал голову мальчика. И он, сильно закашлявшись, выронил зажигалку. Но подоспевшая девочка высыпала на неё лопату песка. И огонь уменьшился. Галя метнулась за песком ещё раз, потом ещё и ещё. И пламя погасло.

Мальчик, выбравшись из плотных клубов дыма, едва откашлялся.

– Думал, не отдышусь, – размазывая по щекам слезы, сказал он. – Ох, и злой же дым! Галинка, подберись-ка к тому месту, где зажигалка крышу пробила, взгляни, там случайно ничего не тлеет? Только не дыши глубоко.

– Ага, – коротко ответила она и юркнула в уже поредевший дым. Через полминуты она возвратилась. – Там все нормально.

– Ты молодец, Галка. Не испугалась, – сказал мальчик. – Пойдём на улицу. Вряд ли эти гады вернуться. Дымно здесь.

– А что с бомбой делать? – спросила девочка.

– Не знаю. Давай пока её в ящик с песком сунем, а потом спросим у кого-нибудь.

– Угу, – кивнула она.

Паренёк взял клещи, ухватил ими бомбочку, попробовал её на вес.

– Килограмма три будет, – заключил он. – Это моя первая зажигалка.

И понёс её в ящик с песком.

– И моя тоже, – сказала девочка.

– Галка, а знаешь, какой сегодня день войны?

– Нет, подсчитать надо.

– Я уже посчитал утром – девяносто шестой. А вот сейчас подумал: не влезь мы сегодня на чердак, и наш дом мог бы сгореть. Я теперь часто буду сюда лазить, кто-то же здесь должен дежурить.

Так, разговаривая, они подошли к подъездному люку.

– Откуда они у тебя?

Вовка машинально ответил:

– Немец дал.

– Он… в плену?

– Нет. В земле.

Незнакомец вздрогнул и зябко передёрнул плечами. И вдруг поднял на подростков плещущие яростью глаза.

– А что вы здесь делаете?

– Дежурим.

– А ещё? – пронзительно глядя, спросил он.

– А что ещё? Мало этого, что ли? – с недоумением спросил мальчик.

– Детям следует сидеть в убежище, – грозно навис над ними незнакомец. – Случись чего, а я потом отвечай за вас.

– Мы и сами за себя ответим, – возмутился Вовка, – не маленькие.

– Ещё хоть раз вас увижу здесь – уши оборву! – едва владея собой, перешёл на крик мужчина.