Озябший ангел

Дох хат дер фюрер ди крафт! Унд Ленинград еркэмпфен вир шон морген! Одер зайне руинен! – выпучив глаза, гневно проговорил немец.

– Фюрер твой кретин! – Вовка повертел пальцем у виска. – И не Ленинград он получит, а вот это!

Мальчишка показал ему кукиш.

– Вен ихь дихь йецт тётен кёнте, штэрбе ихь глюклихь, – с зубным скрежетом выговорил фашист.

– Гитлеру твоему нужен город, – в запале продолжал мальчик, – а тебе, что нужно тебе в моей стране? Земля? Так мы ею всех обеспечим. Земля в этой яме, – схватил он с края воронки комок дёрна, – она теперь твоя.

И Вовка швырнул в него ком земли. На жесты он не скупился. Ему отчего-то было очень важно, чтобы фашист понял его.

– Ихь бин фон дир шон мюде геворден. Холь дихь дер гайер! – выплеснув остатки ярости, немец сплюнул себе на подбородок.

– Плюёшься, гад! А ты, видать, немало людей погубил, чтобы заработать этот поганый крестик, – Вовка сорвал с его груди награду, взглянул на неё и швырнул на дно воронки. – Там ему самое место.

И тут глаза мальчика неожиданно для него самого наполнились слезами.

– …И я не жалею, что попал в тебя, – закончил он свою мысль.

Фашист, вероятно, устал и смирился со своей участью. Ибо ненависть в его глазах стала вытесняться страданием. Мальчик растерялся.

Немец беспомощно шевельнул рукой и глазами указал себе на грудь. Вовка взял его руку и положил её, куда он просил. Тот дважды царапнул пальцем по нагрудному карману френча.

– Что-то вытащить? – спросил Вовка. – Сейчас.

Он извлёк из кармана немца документы, подписанный незапечатанный конверт с письмом и обёрнутый картонкой фотографический снимок. Картонка отогнулась, и мальчишка с недоумением замер. На снимке была запечатлена самая обычная счастливая семья. Красивая женщина с русыми волосами, завязанными в пучок; жизнерадостный мужчина и маленькая, лет семи, девчонка с озорной улыбкой. Фото снято на фоне опрятного особнячка, хорошо видны номер дома и название улицы. От всего этого веяло далёкой безмятежной жизнью.

Некоторое время Вовка смотрел на фото как под гипнозом. «Всё-таки странно…– думал он, – у этого фрица тоже есть дом, жена, дочка. Как же это может быть?» Наконец, справившись с замешательством, он спросил немца:

– И что с этим делать?

– Ден бриф, шик ден бриф.

– Это? – Вовка показал ему документ.

Тот отрицательно покачал головой.

– Может быть это? – мальчик за уголок приподнял конверт.

– Я, – удовлетворённо прикрыл глаза немец.