Альтер эво

Если для кого-то это было настолько важно, чтобы сделать это и чтобы сделать это именно так – то я хочу знать, зачем это было сделано. Это не вопрос справедливости.

Марк подумал, что Китин, должно быть, очень упертый человек. Странный, какой-то негомогенный. С его «в том числе» филиппинскими боевыми искусствами с одной стороны и соображениями о долге и верности – с другой. А еще Марк подумал, что пора присмотреть себе водоотводящий плащ.

Он встал, поежившись, и поправил кашне:

– Я должен иметь возможность с вами связаться.

Китин кивнул, полез во внутренний карман и извлек оттуда визитку. На картонном прямоугольничке стоял номер – и все. Марк спрятал его и развернулся лицом к деревьям и тропинке.

– Я никому не обещаю мгновенных результатов. Бывает по-разному.

– Я знаю, – отозвался Китин. – Но не тяните.

Марк уже почти двинулся по тропинке прочь, но что-то остановило его и снова развернуло к Китину. Ясен день, тщеславие и гонор – все как обычно.

– Служить чему-то или кому-то, кому изначально и во веки веков будет на тебя насрать? Да, вы меня раскусили.

Развлечение не по мне. Для тех, кто меня нанимает, я лишь инструмент – ну и славненько, я не в обиде: мне-то тоже положить на них. – Марк скрипнул зубами. – Но у меня свое кредо. Я уважаю то, что делаю. Относиться можете, как вам заблагорассудится, но примите как факт: я вам подгонять результат под ответ не стану.

– И это я знаю, – кивнул экс-федерал. – Потому и остановил выбор именно на вас. Не обманите моих надежд, Марк.

«А еще потому, что меня можно шантажировать тем эпизодом с буги-братьями, – мысленно добавил Марк, шагая по тропинке меж сосен. – Если конца света для этого будет недостаточно».

Но конец света там или что, а кредо, блин, есть кредо.

4

Приемщик ныряет за фанерную дверь, частично скрытую стойкой, и наполняет там маленький электрический чайник – Майя слышит, как журчит вода. Потом пристраивает его сбоку от стойки, а из-под нее достает пару пакетиков молочного улуна и пластиковый контейнер с развесным курабье (не эко-, нормальным).

Приемщика зовут Давид. Майя просто не понимает, как это его так угораздило.

Они в молчании дожидаются, пока улун отдаст кипятку немного цвета. Майя нерешительно покушается на печенину, и та в отместку обсыпает всю ее куртку крошками.

Ганшеринговая контора оказывается пунктом приема и выдачи одновременно нескольких сервисов, о которых Майя если и слышала, то в жизни ими не пользовалась и вряд ли воспользуется.