Фельдмаршал

Ответил он тихим, невнятным голосом… Он, выросший в бедности и живший скудным монашеским бытом, растерялся, подавленный роскошью зала, богато разодетых князей и епископов, глядевших на него снисходительно, как на школяра-проказника…

– Не хотите ли вы отречься от них? – последовал второй вопрос профессора.

Лютер, всё тем же слегка дрожащим голосом, сказал, что не готов ответить на этот вопрос, и просил отложить его ответ до следующего дня.

Профессор посмотрел на императора, а тот согласился.

На другой день, вечером, когда Лютеру дали слово, он был смелее, сказал, что согласен отказаться от своих тезисов, если…

– Если меня опровергнут свидетельством Святого Писания или ясными доказательствами! Ибо я не верю ни в папу, ни в соборы, так как явно, что они ошибались и противоречили один другому! Поэтому я не могу и не хочу ничего возразить против написанного мной! Ибо небезопасно и безрассудно действовать против совести! На этом я стою и не могу поступить иначе! Да поможет мне Бог! Аминь!.

.

В зале раздались возмущённые возгласы:

– Арестовать!.. Отправить в Рим!.. На суд папы!..

Но император призвал собрание к тишине, к порядку, разрешил Лютеру возвратиться в Виттенберг. Он помнил, как ославил себя император Сигизмунд I Люксембургский в такой же ситуации, вручив Яну Гусу охранную грамоту и, не сдержав своего слова, выдал того папе, отправил на костёр… И он позволил Лютеру ускользнуть из Вормса. Саксонский курфюрст же устроил «похищение» Лютера: по дороге в Виттенберг, родной ему город, Лютер исчез… В одном глухом местечке его карету остановила группа вооружённых всадников.

Они приказали кучеру следовать за ними, свернули на тёмную просёлочную дорогу. И карета под усиленной охраной покатилась в неизвестность, затерялась в сумрачных германских лесах. Так курфюрст спрятал Лютера в своём отдалённом замке Вартбург, где тот мог заниматься своими сочинениями, никого и ничего не опасаясь, и там провёл целый год.

Император же, когда Лютер исчез, произнёс имперскую опалу над ним и над всяким, кто даст ему убежище и покровительство. А когда закончился рейхстаг, то в его канцелярии задним числом оформили послание папы Льва Х, с требованием арестовать Лютера…

Когда Фредерик закончил свой язвительный рассказ о Лютере, Густав невольно улыбнулся, восхищённый ловким маневром императора, курфюрста и твердостью духа, с какой стоял Лютер на своей правде.