Компромисс

Было дело: повздорила Юля как-то с Виталькой и выдала в сердцах, – не забывай, что я не Маркелова – Постникова. Второй женой к нему пойду! Думаешь, откажется!

Обиделся муж, хотел Янкой припугнуть, но Юлька эту глупость упредила, – вместе с бывшей невестой будешь танец живота до последнего часа исполнять. Ну что, звонить Игорьку?

Соглашусь – не дело это, манипулировать тем, чего ни забыть, ни изменить невозможно. Но что поделать, если терпкое послевкусие то и дело о себе напоминает, если зудят, чешутся очень непростые эмоции.

У Юльки аргумент железобетонный – им же, супостатом, подтверждённая непорочность по всем фронтам до начала отношений.  Поцелуи с Игорем когда-то давно, в другой жизни, не в счёт. Это была не более чем детская шалость, ещё вернее – целомудренное любопытство.

А у Витальки основательное свидетельство реальной измены – маленькая Алина от предательницы Янки, которую Юля удочерила, и больше года неоформленного супружества, фактически прелюбодеяния, на стороне.

Пусть теперь доказывает, что не бегемот и не слон. Тут ведь как в анекдоте, когда кролик носорога предупреждает, что в саванне слонов отстреливают, а тот аргументирует тем, что не слон, – так они сначала отстреливают, а потом проверяют.

Но это так, для острастки. Обычно Юлька шутит иначе, – влюбилась я в него, и стало ясно – хочу с ним долго жить.

А потом песенку поёт, – а что очки товарищу разбили – так, то портвейном усугубили.

Ладно, пусть шутит. Беременным как детишкам малым –  потакать нужно.

Одно тревожно: а если Юлька каждый год по ребёнку рожать наладится! Кстати, сестра её, Ирина, два раза уже по двойне принесла. Наследственность.

Я счастлив, я всё помню!

Голос твой звучит порывом,

То насмешливо и звонко,

То волшебным переливом,

Будто детский смех ребёнка.

А когда опустишь очи,

Близость сердца сердцем чуя,

Я готов во мраке ночи

Умереть от поцелуя…

Александр Блок

Неосознанная взаимная симпатия мгновенно погрузила и мужчину, и женщину в непривычное состояние умиротворения. Это была странная, непривычная удовлетворённость жизнью, даже тем, что ещё совсем недавно бесило и раздражало.