Записка самоубийцы

Что ты как маленькая! Детей перепугаешь – кто тебе потом хотя бы захудалого пупса доверит? – увещевал Колька, доставая платок и заставляя девчонку высморкаться.

– Хорошо, – прогнусавила Светка, вздохнула, распрямила костлявые плечи и прямая, как палка, двинулась исполнять свой долг. За ней вереницей потянулись Сашка с Алешкой, чуть ли не принюхиваясь к ящичку у нее под мышкой, и Наташка, которая согласилась идти домой, но только не за ручку.

Колька вернулся в библиотеку. Укреплять стеллажи и прочее закончил уже к приходу уборщицы тети Паши, которая, постучавшись в дверь библиотеки, прошамкала, что пора бы и честь знать.

– А мы успели, – заверила Оля.

– Уходим, – подтвердил Колька.

В кино, правда, за всеми этими событиями было уже поздно идти, поэтому отправились бродить под сказочным, уже почти майским небом. Стемнело, но народу на улицах было немало, поэтому Колька, умело маневрируя, направлял их путь в более уединенные места – и в конце концов вышли на их с Ольгой секретное любимое место, потаенный берег озера.

– Зажрут ведь, – заметила девушка не без опаски.

Комарья было – хоть руками разводи.

– Учел, – солидным тоном успокоил Николай, извлекая из кармана одеколон. – Окропись покамест, а я сейчас костерок разведу.

И вот уже пляшет веселое пламя, и ребята, пристроившись так, чтобы и от дыма не перхать, и чтобы кровопийцы подлететь не смели, сидели в обнимку, глядя на нарождающиеся угли.

– Ну а мне-то можно узнать, за что Яшку колотили? – мимоходом спросил Колька, целуя Олю в висок.

Она вздохнула, неохотно пояснила:

– Да просто дурак этот пообещал Светке пойти в кино, а сам перед тем натрескался винища из погреба. В кино тепло, прикорнул, и что уж этому греховоднику приснилось – кто знает, только он помянул какую-то постороннюю девицу и грабли потянул, куда не следует.

– Сюда, что ли? – попытался уточнить Колька и тотчас получил по шее. – Да, это он не подумавши сделал.

– Не то слово. У меня хлебушек остался, хочешь поджарим?

– Спрашиваешь!

7

– Значит так, молодые люди, – начал Иван Саныч, когда в кабинете остались только они четверо.

 – Массовая драка в детском учебном заведении – это по-хорошему чепэ, требующее моего… ну, в том числе и моего серьезного вмешательства. Поэтому скажу прямо: если я тебя, товарищ Яков Канунников, еще раз около школы или Светки увижу – пеняй на себя. Тебе же, как не без удивления я выяснил, аж за восемнадцать, так?

– Ну типа того, – буркнул Анчутка.