Шпана на вес золота

Двадцатый век на дворе, а народ все суевериями страдает – не строится на пепелищах.

Ну а тут все, что могло зарасти и развалиться, заросло и развалилось, что было можно – уже растащили на дрова. Кое-какие остовы еще торчали, просто их, как ни старались, не смогли разобрать.

«Вот носит же эту молодежь невесть где. Чего их сюда занесло? Гуляли бы, как порядочные люди, по культурным местам да по паркам», – бурчал про себя Акимов, то и дело посматривая в сторону Натальиного дома, чтобы не пропустить момент для побега.

Как раз по его опасениям скрипнула дверь – Сергей зайцем прыснул в кустарник и замер. Но из дома появилась не Наталья, а какой-то посторонний, прилично одетый гражданин, высокий блондин в легком костюме. Он двинулся в сторону станции, держа под мышкой нечто, упакованное в ткань и связанное бечевкой. Видимо, кто-то из покупателей за очередной репродукцией.

Натальина дверь закрылась. Выждав некоторое время – все было спокойно, – Сергей для очистки совести обошел пожарище, раздвинув ветки, полюбовался на костлявую суку, вокруг которой возились штук двенадцать щенят.

«Тут особо ничего и не увидишь, – соображал Акимов, – трава по пояс. Откуда они что могли выкатить – непонятно. Надо бы поднять документы по пожару, нет ли криминала? Что за адрес-то тут?»

Он повертел головой, но указателей и ориентиров не наблюдалось.

Так бы и получилось, если бы не Сергеевна. Неугомонная практикантка вынырнула, вертя головой по сторонам. По всей видимости, она тоже была не прочь узнать, где эта улица, где этот дом.

– Здорово, Катерина, ты за мной?

– Здравия желаю, Сергей Павлович. А вы что шепотом-то?

– Да так, – неопределенно протянул Акимов.

– А вы не знаете, где тут Третья улица Красной Сосны? – спросила Сергеевна, сверяясь с блокнотом. – Иван Саныч вот чего-то нарисовал, я уже который круг нарезаю, а все – или Первая, или Вторая, или Четвертая.

– Ага, – со значением протянул Акимов.

«Ну вот и отлично, не надо ничего уточнять. Если Катька уже побывала на всех остальных улицах и это были не Третьи, то, надо полагать, они как раз на Третьей».