Тайна Тавантин-Суйю. Научно-фантастический роман-предостережение

– Золотой жезл Манко Капака ударил в землю предков впервые здесь, на холме Вана-Каури. Здесь встал храм и отсюда пошёл Коско…

Гортанный голос принца зазвучал под потолком залы естественно-органично, в полную мощь.

– Здесь жив дух моих предков и здесь мы с Ванукой сделаем то, что обязаны сделать. Поскольку со мной нет моего народа, я не могу использовать храм для службы поклонения и жертвоприношений. Потому здесь позволено находиться юной женщине и её зверю.

Затем принц, извинительно склонив голову перед Гиллом, обратился к Кадму, которого считал старшим администратором:

– Ответь мне, ваминка, кто правит вашим миром? Откуда пришли ваши короли?

– Ваминка на кечуа правитель провинции, а также воин и храбрец, – шёпотом пояснил Кадму Гилл.

– У нас нет королей, – сказал Кадм, в недоумении пожав плечами, (видимо, разговоры о системе правления уже бывали, но не принесли взаимного понимания), – Высшая должность президент. Он выбирается из лучших граждан. Действующий президент, Теламон, два года назад стал первым на планете в олимпийском десятиборье! Если через два года он подтвердит результат, люди выберут его ещё на четыре.

– Теламон… Он один принимает все решения? У него нет оракула?

– Он не принимает решений. Он утверждает предложения Консулата.

– Утверждает… То есть может и не утвердить?

– По закону может. Но едва ли.., – Кадм улыбнулся, – Ведь, чтобы не согласиться с вариантом разрешения проблемы, надо понимать её не хуже профессионала-консула. Даже при наличии советников-консультантов.

Вдруг разом, у всех четырёх стен, зажглись стереоэкраны Хромотрона.

«Да тут минимум один не слабый терминал! Они собрались записать эксперимент всесторонне. Не понимаю, что мне придётся делать, но они нас с принцем наизнанку вывернут. Но что будет сейчас?»

– По просьбе принца Юпанки, – сказал Кадм, по-гекторски сверкнув глазами, – начинается демонстрация одного из твоих спектаклей, Гилл. Одного из ранних. Он выбран лично принцем. Демонстрация будет сопровождаться комментарием на кечуа.

– А кто будет комментировать? – поинтересовался Гилл.

– Кто-то из твоих коллег. Имеет значение?

Гилл неопределённо пожал плечами. Он вообще не понимал, зачем кому-то понадобилось показывать его ранние работы и почему принц пошёл на это. Первые кадры заставили Гилла улыбнуться – это ж его единственная попытка сделать ремейк шекспировского сюжета в антураже двадцать первого века! «Банальная мелодрама» – сказали ему тогда рецензенты.