Черная бездна

 – Мы не знали, что придется работать в таких условиях…

Томас протянул заранее приготовленные медицинские маски.

– Держите.

Закрыв нижнюю часть лица такой же, он натянул на руки резиновые перчатки и, спрыгнув вниз, полностью открыл крышку. В гробу лежали останки мужчины.

– Выбирайтесь наверх и покурите, – разрешил молодой человек.

Землекопы послушно вылезли из могилы, отошли к соседнему надгробию, зашуршали сигаретами.

– Ну что там? – нетерпеливо прошипел израильтянин.

– Посветите сюда, – попросил Томас.

Дрогнув, луч осветил покойника – глубокого старика, одетого в эсэсовский мундир. Давид замер, разглядывая пыль истории и то, что было под ней: траурно-черный китель, красная повязка со свастикой, светлая рубашка, матовый блеск пуговиц, петлиц, шевронов, железных крестов и нагрудных знаков.

Томас приподнял голову покойника и разочарованно доложил:

– Ничего.

– Что значит «ничего»?! – недовольно воскликнул Давид.

– Это значит, что с его головы срезан скальп.

– Срезан?!

Не дожидаясь уточнений, пожилой еврей сам спрыгнул в могилу и, оттолкнув помощника, осветил темечко старика.

– Действительно, – проворчал он, обнаружив вместо кожи с остатками седых волос голую кость черепной коробки. – Черт возьми, что бы это могло значить?..

Огюстен, будучи неглупым малым, сразу разложил ситуацию по полочкам:

– Либо в особняке Рауффа нам подсунули фальшивые документы, либо нас кто-то опередил.

– Либо это не Хуго Шрайбер, – добавил Давид, задумчиво почесывая массивный подбородок, и, покосившись на испанцев, добавил: – Пора заканчивать с эксгумацией…

Вспотевшие парни закидывали в потревоженную могилу последнюю землю.

Давид незаметно кивнул Томасу.

Тот вытащил из-под пиджака пистолет с глушителем, прицелился и несколько раз нажал на спусковой крючок. Над могилами прозвучали хлопки.

Глухо охнув, испанцы попадали.

Огюстен с Томасом вооружились лопатами и принялись закидывать трупы остатками земли.

Через четверть часа внешний вид могилы был приведен в относительный порядок. Во всяком случае, смотритель или кто-то из проходящих мимо посетителей не сразу обратят внимание на следы недавнего вскрытия.

Взошедшее солнце все разом переменило: ветер стих, воздух потеплел, запели птицы. Ожил и город – на тротуарах появились люди, дороги заполнились автомобилями.