Ребро беса

 – А дело-то, по-видимому, круто закипает. Что же все-таки является причиной? Неужели не догадываешься, Семеныч?

– Представь себе, Глеб! – пожал плечами Кир. – Ничего не пойму, что происходит! Я же говорил уже. Какое-то невероятное безумие, как будто я до сих пор нахожусь в этой могиле! У меня кожа съеживается от этой мысли! Ты знаешь, какой ужас я испытал, когда стоял на краю той ямы?! Это представить невозможно, это нужно испытать самому. Когда человек понимает, что он еще живой, но что он уже мертв!

Былеев застучал зубами, и Глеб отчетливо услышал это.

– Я просто в трансе, я как будто живой труп, – добавил он с лихорадочным отчаянием в голосе. – Думалка толком не работает.

Он втянул голову в плечи и умолк, углубляясь в собственные мысли.

В соседних домах никто ничего не знал о старушке. Соседи не видели ее. Оставалась надежда на то, что схваченный поножовщик что-нибудь прояснит. Корозов распорядился, чтобы Исай отвез того под надежную охрану.

Теперь у него в руках было два козыря. Один – Крючок. Второй – сегодняшняя добыча. Сейчас главное – вытянуть из них все, что они знают.

Вечером Глеб вошел в полупустую комнату, где держали Крючка. Топчан, пара стульев и стол у окна. Там уже находился Исай. До этого он успел определить под охрану поножовщика и по душам потолковать с могильщиком.

Два охранника выскользнули за дверь. Крючок стоял с разбитым носом, прислонившись к стене.

Он вздрагивал от всякого движения Исая. Лицо начальника охраны пугало его. Ребра болели от костистых железных кулаков Исая. Увидав Глеба, Крючок сильнее зажался и насторожился.

Корозов прошел к столу, сел на стул. Облокотился на столешницу. Могильщик следил за ним, часто моргая, как будто глаза слезились, а он движением век старался сбросить влажный налет. Глеб присмотрелся к Крючку: тот предстал перед ним невзрачным, испуганным, с торопливыми движениями.

Могильщик не выдержал его взгляда и опустил глаза. Корозов спросил у Исая:

– Он что-нибудь сказал?

– Нет, – начальник охраны отрицательно покрутил головой.

– Ну, раз ему жить надоело, – Глеб снова глянул в глаза могильщику, нервозность в поведении того нарастала, – то какого черта ты его тут держишь? Зачем он нужен нам? – Корозов намеренно изобразил на лице равнодушие.

Исай понял Глеба и сразу принял его игру.