С войной не шутят

– Ну и что? – Папугин небрежно приподнял одно плечо.

– Кто тут у вас самый главный? – голос у Оганесова сделался скрипучим, словно бы его присыпали стеклом.

– Предположим, что я, – неприязненно произнес Папугин.

– Документы есть? – глаза у Оганесова налились жидким светящимся железом, он неприязненно подергал щеточкой усов. – Предъявите документы.

Папугин не выдержал, усмехнулся:

– Это вы предъявите документы! Вы находитесь на территории воинской части.

– Нет, это вы находитесь на территории… на чужой территории.

Оганесов сделал знак рукой, и из-за шеренги «красных пиджаков» выдвинулся еще один Оганесов – точная копия первого, только лет на сорок моложе. И одет так же дорого.

«Вот они, “жучки”, расплодились густо, – запоздало отметил Папугин, – вылезли из своих бронированных нор. Один “жучок” поглавнее, побольше весом и мозгами, но оба хороши.

Старый Оганесов щелкнул пальцами, и молодой его двойник не замедлил извлечь из кожаного красного дипломата пухлую пачку документов. Старый Оганесов ухватил их цепкими пальцами, распушил широким веером перед лицом комбрига, демонстративно потряс. Движения его обрели некую вальяжную значимость, медлительность, присущие только очень богатым людям.

– Мы люди подневольные, дисциплинированные, военные, товарищ… – Папугин вопросительно поглядел на Оганесова, он забыл его фамилию.

– Господин Оганесов.

– Извините. Мы в армии на господ еще не перешли. Так вот, мы, повторяю, люди дисциплинированные, подневольные, приказов не ослушиваемся, чужого не берем, своего тоже не отдадим. По поводу отвода этого участка земли есть решение правительства…

– У нашего правительства – семь пятниц на неделе. Правая рука не знает, что делает левая.

Папугин деликатно промолчал. Он имел на этот счет свою точку зрения, но, как человек военный, счел за лучшее промолчать.

– У меня есть решение астраханского правительства на эту землю, – Оганесов хряснул каблуком своего роскошного башмака, будто конь копытом, во все стороны полетели маслянистые комья.

Сопровождавшие Оганесова люди приняли крик хозяина за команду и дружно сунули руки за пазуху. Папугин раздвинул губы в легкой сожалеющей улыбке. Рядом с ним незамедлительно выросли четыре автоматчика. «Красные пиджаки» переглянулись.