Хранители Мира

Его рука автоматически выхватила из ножен острый кинжал, которым полоснула по горлу противника. Убийца подождал, пока тело жертвы перестало шевелиться, наклонился, сорвал пучок травы и тщательно вытер им лезвие своего ножа. Закончив, откинул траву в сторону, ещё раз взглянул на своего поверженного соперника, сплюнул на его бездыханное тело с презрением и отошёл в сторону. Затем осмотрелся по сторонам, нашел взглядом своего коня и свистом подозвал его к себе. Вслед за ним пошла и другая лошадь.

– Отлично! – радостно крикнул он, потирая руки.

От его крика взлетели, возмущаясь, несколько птиц, успевших сесть на трупы, и уже начавших лакомиться, свежей мертвечиной.

– Это Лев, князь Усть-Реченский, – прошептал, мне на ухо, Святогор, – говорят он честный, справедливый, но очень жестокий человек.

– Угу, в нашем мире по-другому честным людям и не выжить, – согласился я. – Хотя смахивает на бандита с большой дороги.

– Он не гнушается ничем. Забыл лицо отца своего! Это его ребята перебили князей и их свиты, но очевидно не рассчитали силы, остался только сам князь Лев и его сподручный.

– А в конце и вовсе пришлось пустить на тот свет и последнего…. Так что делить теперь вообще ничего не надо….

– Он забыл лицо своего отца.

Князь тем временем связал в два тюка свои трофеи, закрепил их на второй лошади, ещё раз огляделся и вскочил в седло. Взял под уздцы коня бывшего боевого товарища, и стал приближаться к нам.

– И не боится же один бродить по этим лесам! – настороженно бросил я, когда тот скрылся из виду.

– Князь лучший воин во всей округе, среди людей. Но живёт не по заповедям предков.

– А что у вас тут живут ещё и не люди?

– Сейчас да.

– А раньше? – спросил я.

– Раньше они жили в горах за двумя большими реками.

– Святогор, по дороге мне расскажешь, а сейчас давай делом заниматься! – прервал я слова старика и вышел на поляну. Тот за мной, на всякий случай, оглядываясь по сторонам, опасаясь неожиданного появления незнакомцев.

Мы ходили по полю от трупа к трупу, ища подходящую по размеру одежду. Зрелище было ужасным! Искалеченные и обезображенные тела лежали повсюду в самых невероятных позах.