Частное лицо

– Кстати, вы знаете, что фраза «пойдем куда-нибудь посидим» вполне могла появиться на свет в древнем Риме, граждане которого любили собираться в общественных туалетах, которые, разумеется, туалеты, были не чета нашим.

– Вариация на тему «деньги не пахнут?»

– Что-то вроде того.

Каминная мне понравилась. Она была меньше других комнат, зато в ней я впервые в этом доме почувствовал себя в своей тарелке. Моисей Маркович ловко развел огонь.

– Предлагаю расположиться прямо на полу, – предложил он, подразумевая под полом толстый ковер.

 – Сигару?

– С удовольствием.

Мы закурили, прикурив от специально приготовленной для этого лучины.

Несколько минут мы сидели молча.

– А вы не слишком надоедливы для следователя, – заметил Моисей Маркович.

– Не хочу портить атмосферу.

– Это хорошо. Я не люблю, когда портят воздух.

– Я не это имел в виду.

– Вам видней, но все же, я ни за что не поверю, что у вас не найдется для меня какого-нибудь вопроса.

– Сегодня я задаю только один вопрос.

– Да? И какой же?

– Что вы здесь делаете? Я имею в виду, какими судьбами вас занесло в этот Орден?

– Я понял, что вы имеете в виду. Насколько хорошо вы знакомы с Кроули?

– Читал о нем у Уилсонов. Как у Колина, так и у Роберта. Читал его биографию, выпущенную в серии «Жизнь Запрещенных Людей». Читал «Книгу Закона», «Книгу Лжей», «Лунного дитя» и «Дневник наркомана». Кое-что нашел о нем в Интернете. В общем, можно сказать, ничего.

– А как с другими его книгами?

– Для меня там слишком много египетской мифологии, таро и каббалы.

Пожалуй, я слишком невежественный для этого.

– А что вы скажете на то, что здесь я обнаружил нигде ранее неопубликованные дневники Зверя 666 (так часто называл себя Кроули).

– Они подлинные?

– Без всякого сомнения.

– В своей книге «Моя жизнь после смерти» Роберт Антон Уилсон описывает одну весьма интересную историю. В августе 1968 года испанское правительство на острове Ивиса отправило за решетку человека, которого в частности (у него было немало других имен) звали Эль Мир Де Хори.

Дело в том, что он подписывал свои картины такими именами как Пикассо, Ван Гог, Матисс… Причем эксперты принимали его картины за полотна тех художников, имена которых стояли на холстах. Уилсон делает логичный вывод о том, что теперь, после этого скандала, глядя на картину, подписанную тем же Матиссом, нельзя быть уверенным в том, кто ее написал: Матисс, Эль Мир или другой еще не раскрытый гений мистификации.