Частное лицо

– Кто, по-вашему, это мог быть?

– Не знаю. Кроме Айваса некому.

– А зачем это ему?

– Не знаю, – она пожала плечами.

– Скажите, а вы в него верите?

– В зависимости от обстоятельств.

– Тоже верно. Спасибо за помощь, и не смею вас больше задерживать.

Женщин сменили мужчины, и первым из них был Магистр Севера – олицетворение богатства и успеха около пятидесяти лет отроду. Густые волосы до плеч. Темные с благородной сединой. Небольшая модная бородка. Высокий рост, широкие плечи, лицо, какие любят женщины… Загар, спортзал, солярий, косметолог, стилист и куча бабок.

– Генрих Покровский, – представился он.

– А по батюшке? – спросил его Клименок.

– Что? – удивился он такому вопросу.

– Как вас будет по батюшке?

– По батюшке я буду Нифонтович.

– Очень хорошо. Чем занимаетесь?

– Художник портретист, – ответил он, говоря всем своим видом: «Как можно такого не знать!».

– Судя по тому, как вы выглядите, успешный.

– Не жалуюсь.

– Послушай, Ватсон, а ты не хочешь иметь свой портрет кисти Генриха Покровского.

– Вот только вряд ли ваш коллега захочет воспользоваться вашим советом, – ответил он Клименку.

– Это еще почему? – удивился тот.

– Потому что пишу я исключительно портреты свиней.

– Кого? – спросили мы с Клименком в один голос.

– Свиней. Из них еще делают свинину.

– И как? – только и спросил Клименок.

– Говорят, гениально.

– А как платят?

– Еще лучше, чем говорят.

– И что, покупатели вешают потом ваши работы в гостиной и говорят знакомым, что это дражайшая их родня?

– Понятия не имею.

– Ага, лишь бы платили?

– Видите ли, майор, мне повезло в жизни делать то, что я хочу, и получать за это хорошие деньги.

– Так вы стали рисовать свиней по доброй воле?

– Только не рисовать, а писать.

– Ну да, конечно… Но почему? Что определило ваш выбор?

– Ну… одни пишут иконы, другие ваяют Ленина, а я пишу портреты свиней. Почему? А почему Земля круглая, а вода – мокрая?

– Хорошо.

– Даже и не знаю.

– Ну кто-то же его стащил?

– Если бы я знал ответ на этот вопрос, в вашем присутствии не было бы необходимости.

– Тоже верно.

– Тогда всего доброго.

– Кто там у нас остался? – спросил Клименок, посмотрев на часы.

– Магистр Юга, Жрица Надежды и прислуга.