Господь и покойник

Про холодный и окоченевший я для красного словца приписал, так как коченеть я не коченел. Представил я себе Валюшину реакцию и понял, что надо бы ее предупредить заранее.

– Валюш, – тихонечко сказал я, – проснись, любимая, надо поговорить.

Сам говорю, а сам аккуратно ее трогаю за плечо.

– Отвали, – сонно огрызнулась она, – я спать хочу.

– Валюша, это серьезно.

– Утром поговорим.

– Валюша, солнышко, нельзя утром.

– Ну что еще? – спросила она, поворачиваясь ко мне лицом.

– Валюш, ты только не плач и не расстраивайся…

От этого моего вступления ее глаза заметно округлились.

– Ты только не расстраивайся, – повторил я, – но ты должна понять, что я умер, и назад дороги нет. Прости, но тебе надо сейчас позвонить в «скорую» или в милицию…

– Ты что, совсем дурак? – перебила она меня.

– Валюш, я понимаю, тебе тяжело это принять, но…

– Да какого хрена с тобой стряслось?!

– Я умер, Валечка. Умер во сне, и теперь…

– Да что ты несешь!

Она смотрела на меня, как на идиота и не понимала, не хотела понимать.

– Ты что, серьезно? – начало до нее доходить.

– Ну да, – ответил я.

– Три часа ночи, – простонала Валя, посмотрев на часы. – Ладно, пошли чаю выпьем, раз такое дело.

– Валя, ну какой может быть чай. Я же умер.

– Ты сам встанешь, или тебя с кровати сбросить?

Вот что с Валечкой совсем не стоит делать, так это ее злить. Тут она не посмотрит и на смерть… Зная это, я решил с ней не спорить. Я встал с кровати, надел тапочки. Затем включил свет и помог Валюше надеть тапочки.

На кухне Валюша села на свое место, а я встал возле стола и растерянно на нее посмотрел.

– Ну, чего уставился, как бедный родственник? – отреагировала она на это.

– Ну я не знаю, – еще больше растерялся я, не зная, как себя вести, будучи покойником.

– Ставь чайник!

– Валюша, милая, рано или поздно тебе придется признать очевидное, – завел я свою шарманку, ставя чайник.

– И что? – устало спросила она.

– Тебе нужно позвонить, чтобы потом не было вопросов.

– Никуда я не буду звонить. Отвали!

Валю явно злили мои попытки объяснить положение дел.

– Ну давай я сам позвоню.

– Куда?

– В скорую. Вызову, а они уже пусть как приедут, констатируют смерть.

Едва я договорил, Валя так больно щелкнула меня поносу, что я айкнул.

– Больно? – спросила она.

– Еще бы.

– А вскрывать тебя будут вообще без наркоза. Ты этого хочешь?

Об этом я, честно говоря, не подумал.