Путешествие за край Земли

В наш! Ты пришел в наш народ, а не…

– Я все понимаю…

– Что ты понимаешь? Думаешь, я позволю, чтобы потомками нашего рода стали необрезанные гои?

– Но почему я должен калечить свое мужское достоинство?

– Достоинство? И ты ставишь кусок мяса выше интересов семьи?

– Вам легко говорить, это не ваше мясо.

– Я обрезан.

– Все правильно. В детстве. Потому что в зрелом возрасте только сумасшедший станет себя добровольно увечить ради какой-то древней глупости! – завизжал вдруг Мстислав.

– Ах вот оно что, ты просто чмо! Ты не гой, ты – необрезанный филистимлянин, – сказав это, тесть вошел в дом.

Мстислав понуро поплелся следом. Ему было муторно.

Жена, милая, обожаемая Софушка, лежала в постели и читала книгу. Вот оно – настоящее счастье, подумал Мстислав, и как можно ласковее приблизился к жене.

– Чего тебе? – зло спросила Софья.

– Мр-р, – по инерции ответил Мстислав.

– Пошел вон, урод, я с филистимлянами не сплю!

В эту ночь ему пришлось ночевать на диване в гостиной. Утром, набравшись храбрости, он вошел в кабинет тестя.

– Чего тебе? – просил тот, не глядя на Мстислава.

– Я хочу развестись.

– Не понял? – сказал тесть и как-то неприятно на него посмотрел.

– После того, что случилось, думаю, нам с Софьей лучше развестись.

– Забудь об этом, – отрезал тесть.

– Но почему?

– Потому что с филистимлянами не разводятся. С ними сражаются не на жизнь, а на смерть.

– Тем более.

– Ты можешь, конечно, подать на развод, но как ты собираешься жить?

– Ну жил же я как-то раньше.

– Раньше, – тесть рассмеялся, – не думаешь же ты, что я оставлю тебя просто так в покое?

– Почему?

– Потому что ты – говно, которое прилипло к моему ботинку. Что в таком случае делают с говном?

Это была откровенная угроза, и Мстиславу ничего не оставалось, как отправиться к себе на службу (так он называл работу).

Я не стану описывать все те муки, которые пришлось перенести Мстиславу Ерофеевичу в доме тестя.

Скажу только, что тесть уволил всю многочисленную прислугу, а также нескольких рабочих, работающих во дворе.

– Зачем платить чужим гоям, когда есть свой необрезанный филистимлянин, – прокомментировал он свой поступок.

Так вот, дошло до того, что душевные муки Мстислава Ерофеевича значительно превзошли вероятные муки телесные, и, будучи в состоянии алкогольного опьянения он решился… Он заявился к знакомому хирургу, и не отстал от него, пока тот не надругался над лучшим и единственным другом Мстислава Ерофеевича.