Мастера Книги

– Как я понимаю, вы уже в курсе моего назначения, – скорее сообщил, чем спросил он.

– Да, мы с Олегом все решили.

– И, как я понимаю, против такого поворота событий вы не возражаете?

– Ничуть. Когда мы можем начать подготовку?

– Все зависит от вас. Работа прежде всего. Так что в любое свободное от ваших основных дел время.

– Если честно, мне сейчас нужно проветрить мозги.

– Могу предложить занятие по огневой подготовке. Хотите пострелять?

– С удовольствием. Особенно если на свежем воздухе.

– Тогда собирайтесь.

Упрашивать меня не пришлось, и минут через десять мы уже садились в его «Мазду», а еще через десять минут въезжали в ворота воинской части, расположенной в Мухиной балке. Вот чем мне прежде всего нравится Аксай, так это тем, что в любую его точку можно легко добраться пешком и доехать в считанные минуты, не увидев ни единой пробки. Похоже, расположение части Владимир знал, как собственную квартиру, по крайней мере по дороге на стрельбище мы ни разу не сбились с пути.

– Стреляли когда-нибудь? – спросил он, когда мы прибыли на место.

– Из пистолета один раз на военных сборах. Ни разу не попал в мишень.

– Ничего, скоро будете стрелять, как Джеймс Бонд. Держите.

Он протянул мне, пистолет держа его за ствол. Взяв пистолет, я почувствовал ту смесь из страха и почтения, которую у меня всегда вызывало оружие.

Первая же пуля попала прямо в десятку, остальные легли на границе между черным кругом и молоком.

– Ну как? – поинтересовался Владимир.

– Давно не чувствовал себя таким счастливым! – признался я.

Я словно вернулся в те годы, когда носился по Аксаю с рогаткой. Тогда у женщин были в моде белые штаны и мы стреляли по ним из засады помидорами, стараясь попасть как можно ближе к промежности. Помидоры мы воровали в огородах в частном секторе. Адреналин тогда лился рекой.

Уже дома Владимир заставил меня разобрать, почистить и собрать пистолет.

– Оружие, как женщины, хочешь, чтобы оно тебе было верно – не забывайте за ним ухаживать, – напутствовал он.

Новая Глава

Есть вещи, вся сложность которых заключается в их простоте. Это как петь романс: вроде бы нет ничего сложного, однако только единицы способны исполнять романсы так, что слушаешь и веришь каждому произнесенному слову.