Золото по ленд-лизу

Охрана в панике ринулась в бетонные укрытия, пленные тоже стали прятаться кто – куда, и в серии очередных разрывов, прыгнув в воняющую толом свежую воронку, Тим увидел, как одним снесло ближайшую к нему охранную вышку. Вместе со спускающимся вниз, вопящим от страха шюцкоровцем*.

Вымахнув из воронки, старшина рванул сквозь дым и свист осколков, в образовавший проход, вывернув на ходу из руки убитого солдата автомат и, пригнувшись, помчался в сторону небольшого леска неподалеку от укрепрайона.

Когда же вломившись туда, на секунду оглянулся, за ним, метрах в тридцати, бежал один из пленных, в черном распахнутом бушлате, а позади, настигая парня, еще двое, в коричневых мундирах и с винтовками.

– Ложись! – передернул затвор Тим, беглец тут же упал, откатившись в сторону, а затем дважды стрекотнул автомат. Скосив набегавших финнов. Один, выронив винтовку, опрокинулся назад, а второй с воплем рухнул в кусты, широко раскинув руки.

– Ходу! – снова заорал старшина и порысил вперед. Парень за ним, хрипя и отплевываясь.

Лес вскоре кончился, за ним было мелкое болото, которое беглецы перебрели вброд. Затравлено озираясь.

Налет между тем прекратился, в небе затихал далекий гул, а сзади поднимался густой маслянистый дым и слышались глухие взрывы.

– Теперь им не до нас, – утер пот с лица старшина. – Не иначе в эшелонах были боеприпасы.

– Ага, – просипел парень в бушлате.

– Ну все, потопали дальше, браток – вскинул «Суоми» на плечо Тим. – Нужно уйти как можно дальше.

К началу вторых суток двигаясь строго на восток и обходя мари*, беглецы вышли на стоянку саамов – так называлась живущая в тундрах народность.

Те восприняли все как должное, накормили беглецов, и они уснули на шкурах у костра в одном из чумов*.

На следующий день, самый старый из саамов, знавший русский язык, сообщил, что в стойбище наведываются финны с немцами, за свежим мясом, после чего моряки решил сразу же уходить. Поблагодарив хозяев за гостеприимство. На прощание те собрали парней в дорогу, выделив немного из своих запасов.

– Зря мы все-таки не остались у лопарей*, – грустно сказал Сашка. – Отдохнули бы чуток, поднабрались сил и двинули дальше.

– И вовсе не зря. Ты ж слышал, к ним за оленями и рыбой финны с немцами наезжают. Снова в лагерь захотел?

– Упаси Бог, – нахмурился Сашка.

– Ну, то-то же. Значит, не ной. Ты, кстати, какого года призыва?

– Сорок первого.

– Совсем салага.

– А ты?

– Тридцать девятого.