Третий Рим

В очередной раз взмыв над противником, самурай с криком – иа!, попытался нанести противнику сокрушительный удар в голову, но вместо нее рассек воздух.

В то же мгновение Цзи Цинь отказался у него сбоку, последовал легкий тычок в печень, и бой кончился.

Такаси корчился на траве, а тибетец снова поклонился и отошел в сторону.

– Китайская собака, – едва слышно прошипел Мацумуто, и изобразил на лице улыбку.

– Лейтенант выпил слишком много саке, – обращаясь к гостям, сказал он. – Иначе бы все сложилось по – другому.

Глава 4. Похищение сабинянок

Хмурым сентябрьским вечером, сияя сотнями иллюминаторов, в порт Гамбурга вошел океанский лайнер.

– С мостика пролаял мегафон, из клюза загремели якорные смычки, и мощные лебедки опустили вниз пассажирский трап.

– Ну, вот мы и на родине, – сказал окружающим его спутникам Шеффер, и, приказав двум матросам захватить багаж, первым направился к выходу.

Спустившись вниз, они перепоручили его носильщику, и тот покатил по бетону, тяжело груженую тележку.

Затем на стоянке у порта наняли два такси, и Бегер назвал адрес.

Через час вся компания, оставив тибетцев в приемной, сидела в кабинете шефа гамбургского отделения «СС», а тот связывался по телефону с Берлином.

– Рейхсфюрер, – почтительно протянул он спустя минуту трубку Шефферу, после чего, встав, тот приложил ее к уху.

– Я тоже рад, экселенц*, благодарю! – рявкнул он и вытянулся.

– Да, результаты есть, о них доложу при встрече, – покосился на хозяина кабинета.

Затем Шеффер слушал еще минуту, после чего аккуратно положил трубку на рычаг и обернулся к спутникам.

– Утром за нами будет выслан самолет, – а вы Рейнгольт, – ткнул пальцем в гауптштурмфюрера, – организуйте нам гостиницу.

– Яволь, – с готовностью ответил тот, и снова потянулся к телефону.

Вскоре доставленная по назначению группа, за исключением монахов (тех поручили опеке Рейнгольта) уютно расположилась в просторных апартаментах отеля «Fuerst Bismarck» и заказала туда ужин.

– За великий Рейх господа! – патетически произнес Шеффер, когда предупредительный официант, пожелав приятного аппетита, вышел, и все собрались вокруг стола.

В воздухе трижды грянуло нацистское приветствие, у потолка тонко зазвенел хрусталь люстр, а внизу бокалов.

– Отличное шампанское! – опорожнив свой, – вгрызся в сочный персик Геер.

– А русская икра все равно лучше, – отправляя в рот зернистый бутерброд, – смачно зачавкал Краузе.