Третий Рим

На случай встречи с ними, у Шеффера имелось что-то вроде индульгенции, а именно бумага из канцелярии Императора Хирохито, с предписанием командованию Кватунской армией* в Китае, оказывать всяческое содействие германской научной экспедиции. Она тоже была получена ведомством Риббентропа, который весьма благоволил к «Аненербе».

Оставив позади Тибет, спустя две недели экспедиция вышла к небольшому китайскому городку Гьитанг, расположенному вблизи границы с Бутаном*, накануне оккупированному японцами.

– Кто вы и куда следуете?! – выйдя из сооруженного на въезде дзота*, и приказав каравану остановиться, – пролаял низкорослый офицер в пехотной униформе.

За ним, держа наготове «арисаки»*, скалились несколько солдат.

Предъявленное Шиффером письмо произвело на лейтенанта должное впечатление, и он лично пожелал сопроводить путешественников в комендатуру.

Она находилась в небольшом здании в центре, над которым развивался «солнечный флаг», а рядом, на деревьях, болтались несколько повешенных.

– Весьма колоритно, – хмыкнул Шеффер и первым спешился.

Комендант, которому судя по всему, успели позвонить, встретил европейцев весьма предупредительно, предложил им сесть и тщательно изучил письмо.

– Куда следует ваша экспедиция? – спросил он по – китайски, возвращая документ Шифферу.

– Мы возвращаемся на родину после научных изысканий, – извлек тот из кармана френча две сигары и протянул одну капитану, – угощайтесь.

– О! настоящая «корона», – расплылся тот в улыбке, а стоящий рядом адъютант дважды предупредительно щелкнул зажигалкой.

– А почему вы следуете именно этим путем? Есть короче, – окутавшись душистым облаком, – поинтересовался комендант и блеснул очками.

– В горах полно партизан, а по нашим сведениям он самый безопасный.

– Резонно, – кивнул тот, – троих я сегодня приказал повесить.

После этого Мацумото, – так звали капитана, приказал адъютанту определить путешественников на постой и пригласил их к себе на ужин.

Экспедицию разместили в одном из пустующих домов, на соседней улице, слуги развьючили животных и повели их к реке на водопой, а остальные занялись обустройством.

Вечером за немцами снова зашел адъютант, и они отправились на ужин.

Стол был накрыт на лужайке за комендатурой, под кроной раскидистого баньяна*.

– Прошу вас, господа, – сделал радушный жест, облаченный в шелковый, расшитый драконами, халат Мацумото, и все удобно расположились на плетеных циновках, за низким, с гнутыми ножками столом.