Волчья стая. Повесть

С началом войны он был включен в состав Беломорской военной флотилии и использовался для доставки различных грузов, а также специалистов на арктические базы и метеостанции.

Построенный на британской верфи в 1907 году, ледокол имел водоизмещение в 1383 тонны, был вооружен двумя 76-мм орудиями, парой «сорокапяток»* и несколькими «эрликонами»*. Экипаж корабля состоял из тридцати двух краснофлотцев, под командованием старшего лейтенанта Анатолия Алексеевича Качарава. Это был опытный и смелый судоводитель, в совершенстве владевший искусством плавания в арктических широтах.

На Диксоне ледокол принял груз строительных материалов, оборудования и продовольствия, необходимых для строительства метеостанции на островах Северной Земли, группу военных синоптиков, предназначенных для работы на ней, а также бригаду строителей. Всего на борту находилось сто десять человек. Включая членов команды.

Море встретило корабль низкой облачностью, густым туманом и штормом, в связи, с чем командир усилил верхнюю вахту и сам не покидал ходовую рубку корабля.

На следующий день метеообстановка улучшилась, и старший лейтенант спустился в кают-компанию пообедать. Однако настроение у него было мрачное. В последнее время в Баренцевом и Карском морях отмечалась повышенная активность немецких подводных лодок, а отбункеровавшийся на Диксоне ледокол немилосердно дымил, оставляя за собой жирный шлейф дыма.

– А что я могу сделать? – развел тот руками. – Машина у нас старая, а уголь далеко не кардиф*.

Впрочем, после горячего наваристого борща и макарон по-флотски, настроение командира заметно улучшилось, и он даже похвалил буфетчицу.

– Справедливо,– прогудел допивавший компот механик. – Хороший кок на судне, большое дело. Вот был до войны у нас случай, в Соломбале*. Я тогда механиком на сейнере ходил.

– Муса! – кричат ему ребята, – где жратва?

А он, – чичас! – и ноль внимания.

– Те торопят, – давай обед, нам на вахту!

– Э-э, вашу маму, – шипит Муса, бросает в сердцах карты и начинает шуровать на камбузе.