Танго Агарта. Часть 2. Клон

Почему и прислал меня к Вам, с весьма ответственным и угодным Богу поручением.

– Вот как? – бесцветным голосом произнес доктор, – в таком случае излагайте, я весь внимание.

Далее Веселов сообщил о желании Бориса Абрамовича возродить Святого Патрика из его мощей, после чего назвал половинный размер вознаграждения.

На лице эскулапа появился интерес, и он несколько оживился.

Затем Антори пригласил гостя в совмещенный с лабораторией кабинет, и они уселись в кресла друг против друга у небольшого столика.

– А чем примечателен этот святой? – потянувшись к высокой бутылке, наполнил золотистым вином два бокала доктор. – Рекомендую, – протянул один Веселову, – настоящая «альбана».

– Отличное вино, – отхлебнув глоток, сказал экс-шпион. – А теперь о Патрике.

Это христианский святой, покровитель Ирландии и Нигерии. Весьма почитаем католиками и протестантами. Ему посвящено множество соборов и церквей по всему миру. Наиболее известная – собор Святого Патрика в Дублине, построенный в 1191 году.

– Г-м, ничем не примечательный святой, – саркастически улыбнулся доктор. – Для чего он нужен вашему олигарху?

– Патрон будет с ним молиться, – ответил гость. – За здоровье королевы Елизаветы.

– Благое намерение, – посмаковав вино, кивнул Антори.

Столь быстрое согласие насторожило Веселова, и он с сомнением взглянул на эскулапа.

– Я вижу в ваших глазах недоверие, мой друг, – рассмеялся тот, и готов представить доказательства.

Вслед за этим дон опорожнил бокал, встал из кресла и предложил гостю следовать за собой.

Выйдя из кабинета и миновав лабораторию, они прошли по коридору, затем спустились вниз по лестнице, вышли из дома и оказались во внутренней части усадьбы.

Она была размером в несколько гектаров, окружена высокой, увитой плющом каменной стеной, с современным кубическим зданием в левой части, хозяйственными постройками справа, бьющим в центре фонтаном и расположенным за ним живописным парком.

На садовой скамье у фонтана сидела и читала книгу девушка, а по посыпанной речным гравием дорожке задумчиво прохаживался мальчик лет пяти, в шляпе с галстуком и костюме взрослого.