Не верю!

Когда станет посвободнее, она спустится по истертым металлическим ступенькам на перрон, попрощается с ребятами: с Лешкой Брегусом, Соней, Ольгой…А к Димке подойдет к последнему, обнимет его, поцелует, посмотрит в серо-зеленые глаза, он выдаст свою классическую ухмылку, скажет что-нибудь в своем духе. А она…

– Дима!!! – Длинноволосая девица ввинтилась в пространство поезда, прокладывая дорогу среди толпы с безжалостным упорством африканского слона. Бронзовые ноги в микрошортах мелькнули перед Асиным взглядом, и через мгновение красотка влетела в объятья Варламова, практически повиснув на его крепкой загорелой шее.

– Ира, – растерянно сказал Варламов. – А ты как…

Если до этого Ася пыталась из последних сил убедить себя в том, что тут какая-то ошибка, а мерзкая девка – это, наверное, сестра, двоюродная тетя или четвероюродная племянница, то, увидев виноватый бегающий Димин взгляд и привычность жеста, которым его руки автоматически обхватили девушку, она всё поняла.

– Я так соскучилась, – с придыханием проговорила красотка и впилась губами в Димин рот.

Асю замутило, она с трудом разжала пальцы, которые стиснули край полки, и вытерла отвратительно мокрую ладонь об штаны. Взяла рюкзак и молча пошла в другой конец вагона, на свое место. Ей навстречу шла нагруженная пакетами Соня, лицо которой выражало горячее сочувствие.

– Ася, – начала она сбивчиво.

– Соня, кто это? – очень спокойно спросила Ася, заранее зная ответ на свой вопрос.

– Это девушка Варламова, – помедлив, сказала Соня, избегая прямого взгляда.

 – Ась, ты только не подумай…Я думала, зачем говорить…ведь все равно…ну и я предупреждала же.

– До свидания, – любезно попрощалась Ася и направилась на свое место. Спину она старалась держать максимально прямо и гордо. Но кроме гордой спины у Аси, к сожалению, было еще и лицо, на котором ныли и болели от тщательно сдерживаемых слез глаза. Челюсти плотно сжались, в горле пульсировал острый и болезненный комок, которому нельзя сейчас дать волю. Ни в коем случае. Господи, поскорее бы уже поехали… Она уставилась в окна, выходившие на противоположную сторону, и яростно закусила губу.

Соленый привкус на языке и мгновенно защипавшая ранка на мгновение отрезвили, и Ася, глубоко вздохнув, аккуратно усадила себя на нижнюю полку.

Варламов наконец стряхнул с себя Иру, которая продолжала что-то тараторить своим нежным голоском. Какого хрена приперлась, спрашивается? Говорил же, чтобы не встречала. Нет, надо было прийти, покрасоваться.