Игры настоящих мужчин. Юмористические рассказы

– Ну, как, сходим? –  вопросительно смотрит Лука на Корунского с Осипенко. – Пока начальства нету.

– Отчего ж, – берут те свои стаканы, – непременно.

Минут через пять, вытянувшись цепочкой, вся компания  направляется по зеленой тропинке в сторону виднеющейся за деревьями  железнодорожной  насыпи.

– Серый, а Серый – спрашивает у Корунского Алешин. – А отчего на складах и в баталерках  всегда одни хохлы?

– Хитрые  потому что, – цвиркает слюной Корунский.  – Вон и наш  боцман, – кивает на Осипенко.

– Да пошел ты, –  беззлобно огрызается тот. – Топай лучше быстрее, а то плетешься как вошь.

На вокзал моряки попадают со стороны перрона  и с удовольствием глазеют по сторонам. А посмотреть есть на что.

Прям напротив  центрального здания, на главном пути, отсвечивая на солнце новенькими вагонами, стоит  поезд «Архангельск-Москва», у которого суетятся  пассажиры.

У одного из вагонов  слышен звон гитары,  смех и молодые голоса.

– Ты смотри, сколько девчат, –  переглядываются моряки и подходят ближе.

При их появлении, окруженный почитателями  патлатый гитарист  задорно ударяет по струнам

Салага я-а, салага я-а,

На гражданске был стилягою,

А теперь зовусь салагаю!

орет он в сторону  моряков  и студенты радостно гогочут.

– Никак  он это про нас, а Серый? –  оборачивается    Осипенко к Корунскому.

– Эй ты, композитор, кончай эту лабуду! – басит  здоровенный Кондратьев и тяжело ворочает шеей.

Чубчик мой ристакратический,

Сбрит машинкой электрической,

Туфли были мелажевые,

Дали сапоги керзовые

надрывается  певец, а двое вихляющихся рядом парней тычут в моряков пальцами и  по очереди пьют  из бутылки.

Мишка, выпиши ему, –  кивает  на патлатого Корунский.

Кондратьев делает шаг вперед, гитара взлетает в воздух  и с треском насаживается на башку  поющего.

-А-а-а!– орут студенты,  и завязывается драка.

Через пару минут  трое из них валяются на платформе,  а остальные в панике бросаются к вагонам. Затем откуда-то возникает трель милицейского свистка,  из здания вокзала  выскакивает патруль и,  гремя сапогами, несется к вагону.