S-T-I-K-S. Змей

– Эй! Эй! Подопытные человек и крыса, мать вашу, протестуют! – Войнов кричал, ругался, все тщетно, хотя на поверхности его должны были и слышать, и видеть через камеры и микрофоны.

До экстренных телефонов Миха дополз быстро, они не работали, но облом со связью его почему – то не удивил. Офицер орал благим матом, пытаясь привлечь к себе внимание, но вдруг замолк. От двери с «жизнеутверждающим» названием «Радиация» тянулось странное золотое свечение со вспыхивающими то тут, то там искорками.

Из уст Оружейника вырвалось всего три слова:

– М – дя, пи…ц, однако.

Спокойно дождаться этого искрящегося и будто живого смога выучка не позволила. Миха схватил клетку с Тигрой и перевалился через бордюр платформы. Удар о бетонные шпалы пришелся на ноги, он ничего не почувствовал и шустро пополз к самому удаленному месту от реактора. Юнга, несмотря на юный возраст, стойко перенес встряску и кувырки, вцепившись намертво в прутья клетки в стиле дам, впервые пришедших покорять крутые «американские горки», с ошалелыми глазами и вздыбленной шерстью.

– Матрос, не ссать, – орал Оружейник, – мы еще покочевряжимся, морскую пехоту просто так не возьмешь, ядрена вошь.

Ползти и держать в одной руке клетку оказалось тем еще занятием, обхохочешься. Подобное мазохистское бегство тоже когда – нибудь приходит к завершению. Вот и все, конец пути. Тут тебе и тупик, и самый крайний стенд для стрельбы. Миха осмотрел себя: штаны на месте, тапочки тоже остались с хозяином, клетка с юнгой присутствует. Надо же, оказалось, экстренная эвакуация прошла штатно, без потерь.

Ну вот и оно, его место, рядом с мишенями, что ж, символично.

Необъяснимая золотистая хрень остановилась примерно на ста восьмидесяти метрах.

– Похоже, чуток поживем еще, – шумно дыша, усмехнулся Войнов и сморщился. Голова гудела, как пивной котел, в самый ответственный момент. – Плевать, потерпим, – прохрипел мужчина и обернулся к мишеням.

Пришлось ломать их и сооружать что – то наподобие гнезда – лежанки, благо мишени деревянные, сил хватило.

Прошел час, два, и еще два, а Миха все ждал. Мертвую тишину изредка нарушала попискивающая Тигра. Воздух, видимо, ей не нравился, или голова, как у напарника, «бо – бо», уже и не голова вовсе, а барабан в руках отморозка, вообразившего себя Яном Пейсом из Deep Purple.

– Люди, где вы? – без всякой надежды позвал Оружейник и хохотнул: – Умереть от мигрени… да меня в чистилище не пустят, скажут: «Пшел отсюда, халявщик».

В ответ все та же тишина.