Ковен озера Шамплейн

 – Не то чтобы я одобрял твое участие в призыве какого-то духа, но… Это любопытно. Вдруг он расскажет что-нибудь полезное?

Мы с Коулом достигли машины и забрались внутрь, чтобы доехать до гостиницы, которую рекомендовал Рафаэль. Ванна и несколько часов сна – это сейчас было в приоритете, особенно для Коула, который морщился от боли в плече каждые три минуты.

– Если честно, я не верю, что лоа Вуду вообще появляются на их ритуалах, – призналась я, когда Коул парковался под вывеской «Cornstalk» возле двухэтажного коттеджа, выкрашенного в бледно-розовый цвет.

 – Обычно духи поощряют тех, кто взвывает к ним, одержимостью. Не более того.

– Что-что? – переспросил Коул, переменившись в лице и едва не выронив в лужу чемодан, который доставал из багажника.

Я наклонилась, помогая ему с вещами.

– Когда дух посещает ритуал, ты невольно начинаешь копировать его поведение. Конкретно Барон Суббота – это… Секунду. – Я достала барахлящий смартфон Коула и, открыв первый попавшийся сайт в интернете, промычала: – Ты много танцуешь, пьешь и пошло шутишь.

Если сможешь осушить залпом бутылку рома, настоянного на двадцати одном перце чили, – значит, ты и впрямь одержим Бароном Самеди.

– Хм, а он веселый парень, – натянуто улыбнулся Коул, уже поднимаясь по ступенькам гостиницы. – И это называется дух мертвых?

– Несмотря на то что Барон Суббота – проводник душ в загробный мир, он обожает жизнь. Да, магическая традиция вуду очень… своеобразная. Она учит не бояться смерти. Это мне, кстати, нравится.

Традиция Шамплейн куда более пессимистичная.

Я спрятала телефон обратно в карман, а затем вошла следом за Коулом на территорию маленькой гостиницы, огороженную кованым заборчиком.

Стоило переступить ее порог, как я будто очутилась в двадцатых годах прошлого века. Все здесь напоминало о тех временах, о которых мне с упоением рассказывала перед сном мама: бежевые обои с геральдическими лилиями, громоздкая хрустальная люстра, винтовая лестница из темного дерева и антикварная мебель, обшитая бирюзовым жаккардом.

Это место очень походило на жилой дом, в который мы вторглись, перепутав его с отелем. Каждый угол хранил историю, исчисляющуюся десятилетиями.

Пока я осматривалась, смея только догадываться, сколько ведьм побывало здесь до меня, Коул нашел портье и попросил для нас номер. Точнее, два. Раздельных. Это резануло слух так же болезненно, как и мысль, что эта ночь станет первой за долгое время, которую мы проведем порознь.