Операция «Странник»

 – Опять книгу ему под нос сунешь?

Женя, не задумываясь ответил:

– Можно и книгу. А можно и в рыло. Способов много. Разберёмся на месте.

Прошин завёл шарманку, что потрясти француза, конечно, надо, но нужно делать это как-то поаккуратней. Главное, чтобы до скандала не дошло. Эмпат иногда становился нудноватым, душу вытягивал своими домыслами и сомнениями, и это взбешивало Чернова. Капитан старался своего раздражения не показывать, Сергею и от Глыбы влетает постоянно.

Они дошли до каюты начальника станции.

Лафайет располагался в одноместном люксе, можно с глазу на глаз с ним переговорить, в спокойной обстановке. Эмпат снова недовольно затарахтел: он боялся, что капитан устроит Лафайету такую спокойную обстановку, что мало не покажется, как и предыдущим претендентам на звание преступника. Очень уж хорошо это у капитана получалось, и дыбы не нужно.

Лафайет открыл на стук и выглянул в коридор. Визит непрошеных гостей ему явно не понравился, и он намерился снова закрыть дверь, но Женя поставил под неё ногу:

– Пару вопросов задать.

Всего лишь два вопроса. Это очень важно.

Лафайет ещё разок дёрнул на себя дверь и сдался, пропуская особовцев в комнату. Он был чем-то напуган, однако вёл себя, как и подобает начальнику станции, хотя уже и не как мелкопоместный князёк, каким казался в первый день пребывания солдат на МНС-1. Жан усадил гостей на кровать, а сам сел перед ними на стул. И при этом намекнул, что у него не очень много свободного времени. Женя не стал тянуть кота за хвост и предложил Лафайету рассказать всё, что знает про обстоятельства гибели Чанова.

У Жана задрожал голос, не был он готов к такому вопросу в лоб. Его одутловатое лицо затряслось, но он взял себя в руки и успокоился. Эмпат прикрыл глаза и увидел картинку в голове начальника станции. Страх. Дикий, необузданный страх.

– Зачем вам это нужно? – спросил Лафайет. – Вы же инопланетянами занимаетесь!

Вместо ответа капитан завалил Жана своими вопросами. Что случилось с Чановым, можно ли было ему помочь, каковы шансы выжить…

Лафайет пожал плечами и ответил, что шансы есть почти всегда и почти у всех.

Но не каждый сумеет воспользоваться своим шансом. Когда его спросили, мог ли кто-нибудь убить техника, Жан взорвался.

– Я прошу вас выйти вон, – еле сдерживая гнев, пересилив страх, проговорил Лафайет. – И впредь не задавать мне больше подобных вопросов. Ни мне, ни сотрудникам станции. Учтите, я расспрошу всех своих подчинённых.