Хранитель в красных доспехах

Порхающая крепость растворялась в угасающих углях, зелёное небо заволокло едким дымом и фантазировать, глядя в камин, уже не хотелось.

Мальчик лёг в постель, уснул и перешёл в мир сновидений. В нём чувствовал себя уверенно, он умел управлять своими снами. Всегда снилось то, что заказывал. Обычно он переживал во снах прочитанные книги, то за одного, то за другого героя.

***

…Поздно утром, проходя мимо комнаты постояльца, которая находилась на первом этаже, Иван увидел, как приоткрылась дверь и из-за неё выглянул Ассир.

– Малыш, – сказал негромко старик. – Ты вовремя. Подойди ко мне.

Когда мальчик оказался рядом, гость слабым голосом прошептал на ухо:

– Скажи матери, что мне нужен бинт и что-нибудь для промывания ран.

– Вы порезались?

– Старая рана. Этого добра у меня на всех хватит.

Ран у старика действительно было много. Лицо покрыто сеточкой шрамов и рубцов, а что скрывала нательная рубашка, оставалось только гадать.

Мальчик побежал на кухню, передал матери просьбу и она, захватив необходимое, бросилась в комнату постояльца. Оттуда донёсся звонкий возглас:

– Бог мой, сколько крови! Как же это получилось?

Мальчик подошёл поближе и прислушался к разговору за дверью.

– Старые раны, хозяйка, они часто открываются.

– Ну, мы их сейчас быстренько закроем!

– Однажды мне сказали, что это болезнь, но, к счастью, я забыл, как называется, – прохрипел Ассир.

– Не нужно денег! – Жанна повысила голос. – Давайте бок! Потерпите… Так… обработаем… Я на этих порезах собаку съела, у меня очень неспокойные дети. Так что сделаю всё, как положено.

– Спасибо, хозяйка.

– А теперь забинтуем. Так, а теперь повернитесь этим боком.

– Спасибо! Вот, возьмите! Это за постель.

– Да Бог с ней, с постелью-то, выздоравливайте.

– Нет, возьмите!

– Вот чудак, – пробормотала Жанна, выходя из комнаты. – Деньги, на кой они мне? На что я здесь потрачу эту макулатуру?

В руках мать держала несколько банкнот.

В гостиной гость появился только к обеду. Лицо бледное, шрамы слегка посинели от потери крови. Прихрамывая, подошёл к столу и тяжело опустился на крепкий дубовый стул, жалобно заскрипевший под весом старика.

– Как рана? – участливо спросила Жанна, наливая кофе.