Хуадад-Сьюрэс

Несмотря на мысленное обещание избегать лишних встреч, он медлил, ведь его последний прыжок в кусты окончился тесным знакомством с топью, чуть не стоившим ему жизни. Да и кроме куска сыра, которым можно было бы проломить кому-нибудь череп, у него ничего из еды не осталось.

Раньше, чем замешательство Джорри прошло, перед ним выросла гигантская вороная лошадь и едва не затоптала юношу, так и не сдвинувшегося с места. Высокий широкоплечий всадник что-то прорычал, осаживая животное, а потом обратился ко встреченному пешему с неприятной усмешкой:

– Мирта рэго, бэрэйнэр.

– Мирта каррэго воргхрахн, – подверг насилию свои голосовые связки Стенолаз, слегка поклонившись.

Маланиец показал зубы в улыбке. Волчьи зубы, подходящие волчьим глазам. Несмотря на это, лицо наемника стало несравненно мягче.

– Тэрэдор, – то ли спросил, то ли утвердил он.

Джорри знал, что когда-то давным-давно между Берией и Маланией существовала страна Тередия. Детей из Новых южных провинций Берии с ранних лет учили, что назвать себя тередийцем, даже в шутку, приравнивалось к государственной измене.

А еще чуть ли не с пеленок тренировали рвать глотку этой маланийской фразой, значения которой никто, кроме наемников, не понимал.

– На реке Тики жил. В Ухарте, – кивнул молодой человек. То ли ответив на вопрос, то ли просто пояснив.

Великан разглядывал Джорри с благодушным любопытством, Стенолаз больше сосредоточился на огромном, пышущем жаром жеребце. Наемники были не любители говорить попусту, но юноша хотел отдалить момент, когда вновь останется один на один с бесконечным зеленым коридором.

Он собирался похвалить чужую лошадь, но маланиец перебил его:

– Подвезти?

Наверно, любой другой человек похлопал бы своего огромного скакуна по шее и чванливо добавил, что «зверю не помешает дополнительная нагрузка» или «это чудовище тебя даже не почувствует». Но маланийцы лишних слов не бросали.

– Не в ругую торону, – вздохнул Джорри, мысленно застонав.

В компании наемника ему вряд ли бы что грозило. «Интересно, чем вызвана такая щедрость? Я выгляжу настолько жалко? Или он уже вкрай задолбался общаться с людьми, пачкающими при нем штаны?» – Я же так дойду до Хуадад-Сьюрэс?

– Здесь. Одна дорога, – последовал лаконичный ответ человека, принявшего отказ с полным равнодушием.

– Эм, тречал еще кого? – спросил юноша, почти физически ощущая возвращение давящего одиночества.

– Чиро.