Хуадад-Сьюрэс

Ему оставалось только гадать, в насколько паршивой ситуации они находятся на самом деле. То есть когда Стервятник встретил их фразой, обращенной к Дрозду: «Живо бери лошадь и вали из города нахрен!» – уже можно было заподозрить неладное. А после его старшие друзья провели небольшую беседу наедине, Еремия почти что за шкирку выволок ничего не понимающего Джорри из дома Зикари, и уже через четверть часа они мчались галопом по Новому морскому тракту.

Позже Дрозд пояснил, что в Стэржеме в последнее время многовато ряженых и пока не понятно, кого они высматривают.

Стервятник решил, что народу лучше разбежаться на некоторое время. Чем дальше – тем лучше. А собираться вновь уже после Дня Лета.

Джорри верил, что Еремия пересказал разговор без лжи и утайки, но его содержание казалось Стенолазу слишком гладким для бессонной ночи и того бледного лица, с каким их встретил Стервятник. Однако каким-то настоящим влиянием на своих старших друзей Джорри не обладал; полностью отдавал себе отчет, что не просто не видит картины в целом, но даже и не знает, где она висит; и, разумеется, не может посвятить себя другим занятиям, кроме тех, что ему велят Стервятник и Дрозд – поэтому тревога о случившемся или сомнения в правильности полученных указаний не беспокоили юношу.

Стенолаз быстро погрузился в крепкий сон.

Когда его разбудила трясущаяся земля, соловей вновь драл глотку, ветер утих, а облака рассеялись, позволяя луне лить свой ледяной свет на землю. Стало холоднее, но дождю явно не суждено было случиться.

Джорри сел, одновременно пытаясь сообразить, что происходит, и радуясь своим далеким от совершенства умениям предсказывать погоду. Еремия приподнялся на локтях; судя по лицу, он так и не заснул. Стреноженная лошадь в свете луны выглядела все еще паршиво, хоть уже и не была в мыле.

Вздымая пыль, два десятка всадников пронеслись мимо устроившихся на ночлег путников. Молодые люди без труда смогли разглядеть как хорошо знакомые коралловые гербы с белой птицей, так и несколько отличительных знаков законников из других дэминий.

Будь это обычный патруль земельного, солдаты пристали бы к ним с вопросами, может, что-нибудь отняли бы, может, побили. Однако, скорее всего, просто бы почесали языками. Но этих было слишком много, и они очень спешили. Зрелище, которое могло бы стать поводом для интереснейшего обсуждения, если бы молодые люди точно не поняли, куда и с какой целью едут солдаты.

Всадники скрылись из виду раньше, чем улеглась пыль на дороге.