В поисках Эсмеральды

Во-первых, он вырастал в собственных глазах; во-вторых… Но кроме этих первых, вторых и сотых соображений, были еще неписаные правила по работе со свидетелями. Не стоит настраивать свидетеля против себя – по крайней мере, до того момента, когда он выложит все, что знает. И поэтому Ванечка улыбнулся и объявил, что все в порядке.

– Напрямую Елена Константиновна мне ничего не говорила, но я думаю, что у нее возникли планы насчет меня и Коки, – быстро продолжала Маруся, преданно глядя на собеседника. – И она меня пригласила на дачу, чтобы посмотреть, как мы с ним поладим.

Она мне все жаловалась, что у него все время какие-то девушки неподходящие. Мне показалось, что это все было неспроста, но у меня-то самой дачи нет, вот я и решила – какая разница, что у Елены Константиновны на уме, зато я хоть отдохну немножко. Отдохнула, называется…

Опалин вынужден был признаться себе, что все это выглядело не слишком убедительно. И приглашение странное, и предлог, прямо скажем, наполовину додуман потерпевшей.

И вообще…

– Скажи, кто-нибудь из Ярославцевых бывал у тебя дома?

– Нет.

– Но они знают, где ты живешь?

– Конечно.

– Как фамилия управдома, который тебя выписал?

Оказалось, что его зовут Галактион Червяков. Из слов Маруси выяснилось, что помимо того, что управдом перетащил всю свою родню в Москву и приставал к какой-то Таське из двенадцатой квартиры, его подозревали в растрате, но доказать ничего не смогли.

– Червяков или эта, как ее – Брындина, которая заняла твою жилплощадь, могут быть как-то связаны с Ярославцевыми?

Маруся вытаращила глаза.

Только сейчас до нее дошло, куда клонит собеседник.

– Нет, ну… Откуда мне знать!

– А в ЗАГСе ты была?

– Чего?

– Свидетельство о смерти, – терпеливо разъяснил Опалин, – должно быть зарегистрировано в ЗАГСе. Ты была там? Может быть, произошла ошибка. Умерла какая-нибудь другая Мария Смирнова, например… Ты же не одна в Москве с таким именем и фамилией!

– Если другая, – рассердилась Маруся, – то почему выписали именно меня? И вообще, если хочешь знать, в нашем доме только одна Смирнова, и это – я!

– Какой именно ЗАГС зарегистрировал твою смерть?

Вопрос опять получился крайне неудачным, но Маруся была так взвинчена, что даже не обратила на это внимания.

– ЗАГС… А! В смысле, отдел? Да Хамовнический должен быть, а что?

– Подожди здесь, – сказал Опалин, поднимаясь с места.

Потому что, видите ли, он вообще не обязан был выслушивать Марусю Смирнову.