Самый лучший вечер (сборник)

– Я так переживала, думая о тебе. – Теперь Елена решилась на откровенную ложь. – Честное слово! Ведь наше время – оно не любит тонких людей.

– Я очень тронута твоей заботой. – В голосе Маши звенела неприкрытая колючая насмешка. – Правда, не понимаю, чем я ее заслужила.

Но Елена не стала распространяться на эту тему. Сказала только:

– Обидно, что мы так долго не общались. – Она заговорщицки улыбнулась. – Кстати, я хотела у тебя спросить: как его зовут?

– Кого?

Елена растянула губы в сладкой улыбке:

– Ну, когда женщина так меняется, она обычно делает это ради кого-то.

Разве нет?

– А, вот ты о чем, – протянула Маша. – Его зовут Кирилл.

– Кирилл? И кто он?

– Руководитель моего турагентства, – отозвалась собеседница довольно равнодушным тоном.

– Понятно, – кивнула Елена. – А что же ты не привела его с собой? Или боялась, что я его у тебя отниму?

И Свиридова с любопытством стала ждать, что придумает простушка-гостья. Впрочем, та ни мгновения не колебалась с ответом:

– Видишь ли, Кирилл не любит две вещи.

Маша улыбалась, но глаза ее оставались холодными, и уже одно это должно было насторожить бывшую одноклассницу. Но Елена все же не удержалась от искушения спросить:

– Какие же?

– Шумных сборищ и потасканных баб. – И Маша улыбнулась еще шире и сердечнее.

Лицо Елены сделалось каменным. Тщетно она искала, что бы сказать такого нахалке, чтобы поставить ее на место, но назревавшую ссору прервал подошедший Лев Рубинштейн, который спросил:

– Ну что, все в сборе, можно начинать?

14

«А он ничего, этот мент, – подумала Лариса Обельченко, закидывая ногу на ногу.

 – Жаль только, что наверняка мало получает, даже если берет взятки каждый день. Во всяком случае, недостаточно для того, чтобы позволить себе такую женщину, как я». Но тут она увидела голубые глаза Кошкина, и на время меркантильные запросы отошли на второй план. Интересно, с неожиданным любопытством задала себе вопрос Лариса, есть ли у него жена? Теперь она была рада, что перед тем, как идти на допрос, как следует накрасилась и заново подмазала губы.

– Разумеется, все это было неспроста, – проговорила Обольченко низким, хрипловатым голосом, строя симпатичному менту глазки и про себя прикидывая: кольца на руке нет, значит, не женат… Или он просто кольцо не носит? – Только не надо говорить мне про пионерское детство и пятнадцать лет ностальгии. Я сразу же поняла, что Ленка затеяла встречу с дальним прицелом.