Рассвет

 – Его голос смягчился. – Вы только с дороги, поэтому предлагаю вам отдохнуть, прежде чем мы введем вас в курс дела. Присаживайтесь.

Он указал на большой черный кожаный диван. Мы послушно заняли его. Виана с недоверием поглядывала на мистера Хадинга, Мартен прижался к самому углу, а я снова оказался между ними. Перед нами стоял журнальный столик с поверхностью из стекла.

– Венера, попросите, пожалуйста, чтобы нам принесли чаю, – произнес мужчина, усаживаясь на кресло напротив нас. Наша сопровождающая только кивнула и тут же покинула кабинет.

– Мистер Хадинг, – решил все же подать голос я. Не одной же Виане отдуваться за нас троих, – честно говоря, мы пришли сюда не чаи гонять, вы сами это прекрасно понимаете. Нам бы очень хотелось знать, чем конкретно занимается Центр. Явно не тем, что нам вдалбливали в голову большую часть жизни.

Председатель ухмыльнулся.

– Что ж, раз вы так настаиваете, я не могу вам отказать, – произнес он, – но для начала все же дождемся чая.

Глава 8

От чашки чая исходил неизвестный мне доселе запах. В наших краях чаем называлась мутно-коричневая жижа с маслянистыми разводами, которую невыносимо было пить. Что туда добавляли, я знать не знаю и знать не хочу. К тому же любителем так называемого чая я не был, поэтому не особо обрадовался, когда мистер Хадинг заявил, что расскажет нам все после чаепития. Однако, к моему удивлению, здесь чаем называли совсем не то, что я привык видеть дома.

– Это бергамот. Раньше было такое растение. Его листочки высушивали и добавляли в чай, – очень вовремя подсказал мистер Хадинг. – Сейчас такого уже не достанешь в нашем подземелье.

Я задумался о том, откуда же тогда взялся этот самый бергамот сейчас, на что мужчина незамедлительно ответил:

– Все из того прошлого, когда солнце еще высоко светило над поверхностью, и люди жили совсем иначе.

Он грустно улыбнулся, и мне показалось, будто он погрузился в какие-то далекие воспоминания, в то время, которое мне не было известно.

– И долго вы будете еще оттягивать время? – вмешалась Виана. Она держалась в стороне от всего неизвестного, поэтому упорно игнорировала свою чашку. Даже мне показалось это невежливым, хотя, наверное, ее можно было понять.