Когда будет слышен вой

Жюльен уже коснулся лезвия и поднялся к Олаву.

– Заканчивай геройствовать.

– Почему ты тогда сразу не поднялся со мной? Нарочно? Хочешь нос мне утереть?! – Олав кричал на брата шепотом, но его тяжелое от волнения и злости дыхание сотрясало стены.

– Нет. Кто-то должен.

– Ты сказал мне, что мы пойдем вдвоем и все будем делать вместе. А теперь Жюльен герой, а я трус? Ну уж нет. Можешь не ждать меня.

Уль услышал, как Олав раздраженно вбил лезвие в лед. Он делал это слишком быстро, почти так же, как человек шагает по земле.

– Жюльен, поднимайся! Вниз смотреть запрещается.

– Я не могу капитан, он…

– Я присмотрю, – он произнес это полушепотом, но Жюльен прочитал сказанное по губам и начал подъем.

Уль неподвижно наблюдал за Олавом. Тот спускался с прежним напором. Олав поднял глаза на капитана.

– Чего вы возитесь со мной?! Дайте мне закончить.

– Олав, будь так же спокоен и холоден, как лед. Он не прощает людям жарких эмоций.

Олав проигнорировал слова Уля и с еще большей агрессией, увеличивая темп, продолжил спуск к отметке. Наконец Олав добрался до нужной точки и коснулся лезвия. Он повис на одних лишь руках, держась одной за свое лезвие, а другой – за то, которое служило отметкой. Довольный собой, он сверкнул зелеными глазами на Уля.

– Молодец, Олав. Ты справился, поднимайся.

Внизу послышался треск. Уль лишь краем глаза успел заметить, как Олав сорвался с лезвия. Он не удержался одной рукой, уставшие мышцы подвели его, безжалостно отправив на дно.

Когда Уль ступил на остров, было совсем темно. Жюльен взволнованно ждал возвращения брата. Когда он увидел капитана, сразу подбежал к нему.

– Ну что, все в порядке? Где Олав? – Жюльен заглядывал за спину капитана.

Уль нервно снял перчатки и упаковал лезвия в ножны.

– Он сорвался. – Отвернувшись от Жюльена, Уль обратился ко всему отряду. – Смерть вашего товарища должна быть уроком для каждого из вас: никогда не давайте воли эмоциям и не пытайтесь кому-то что-то доказать. Мы спасаем остров, а не соревнуемся. Не нарушайте правил и доверяйте мне.

– Я доверился вам, капитан, – глаза Жюльена были полны обиды, он смотрел на Уля, как на предавшего его отца.

– Он выжил бы, если бы не ослушался меня.