Элита. Незаконченное дело

Та спокойно закурила, и дело было не в том, что марихуана подействовала на нее мгновенно, а в том, что вся работа по дому на сегодня уже была выполнена. У них больше не было прислуги, но они правда хорошо справлялись сами и как будто бы больше не нуждались в ней.

– Дорогая… Я бы хотела, чтобы ты вернулась в школу.

– Что? Для чего это? Я же говорила тебе…

Мать не смогла сдержаться и заговорила немного громче, не дав девочке закончить.

– Я помню, что ты мне сказала. Но знаешь ли, я думала об этом и… учебный год только начался.

Ты потеряла всего неделю. Сейчас у нас есть хорошие деньги, если немного затянем пояса, то сможем оплачивать занятия.

– Они не примут меня обратно.

– Они примут, Азусена сказала мне, что…

Теперь уже Мелена прервала мать. Она пошла в кофейню прямо к стойке, взяла веник и принялась подметать пол, который был безупречно чистым – она подмела его пять минут назад, – но ей нужно было чем-то заняться, чтобы не говорить об этом. Аманда вошла и посмотрела на свою дочь, одетую в фартук и управляющуюся с веником как ни в чем не бывало.

– Милая, это не такое уж и безумие…

– Мне не хочется говорить об этом, мама, правда.

– Мы можем закрываться в полдень, я могу быть тут утром, а ты будешь помогать мне по вечерам. А в выходные, если не буду успевать, могу нанять кого-нибудь… Надя, та девочка из твоего класса, помогает родителям в магазине, учится, и все в порядке.

– Но мне не хочется! – взорвалась девушка.

Разговор шел не очень хорошо.

Мелена замкнулась в себе. По правде говоря, аргументы ее матери были вполне логичны, поэтому было еще труднее не поддаваться. Аманда села и подождала, пока дочь успокоится, чтобы попробовать еще раз.

– Дочь, я счастлива здесь. Мне очень комфортно, мне нравятся наши отношения, и мне действительно нравится проводить с тобой так много времени, правда… Но я хочу поступить правильно. И я знаю, что правильно будет, если ты закончишь университет, получишь степень, а потом бог подскажет.

– Мам, но я просто не хочу туда возвращаться… Это было худшее время за всю мою жизнь, – слабо призналась Мелена, положив веник и прислонившись к стене.

– Любовь моя, я знаю… Но ты должна быть сильной. Знаю, что они не давали тебе покоя, но я уверена, что все изменится. Ты другая, ты изменилась. Это замечательно – вернуться туда с высоко поднятой головой и…

– Это было ужасно, мама…

Мария-Елена открылась своей матери.