Затопь

 – Или ты приживаешься здесь, или оно тебя выплюнет… – он подумал немного и добавил: – Или сожрёт.

Фраза немного походила на угрозу, и в то же время Артуру не мог понять, что именно от него требуется, чтобы угроза не претворилась в жизнь. То есть, он же и так изо всех сил старается вписаться, разве нет? Да и как можно угрожать, не высказывая явных требований?

Размышляя над сказанным, пытаясь понять, как реагировать, Артур едва не пропустил поклёвку. Он отстранённо наблюдал, как поплавок перестал мерно покачиваться на волнах вместе с лодкой, а задрожал хаотично, бессистемно, нырнул под воду, выскочил вверх и снова нырнул…

– У меня клюёт! – осознал Артур.

Фархат обернулся через плечо, приподнялся со своего места, подбодрил:

– Давай… осторожно…

Артур как будто откуда-то знал, что делать. Он то натягивал леску, то слегка ослаблял её, сматывая катушку; удилище дрожало и выгибалось, но он чувствовал каждое движение рыбы на крючке и аккуратно вёл её к себе.

– Давай, сейчас! – скомандовал Фархат.

– Рано, – сквозь зубы выдавил Артур, потянул ещё немного и выдохнул: – Сейчас!

Рыба вылетела из воды по красивой дуге, блеснула на солнце многоцветной чешуёй, приблизилась к борту – и неведомым образом соскочила с крючка.

«Да как так-то?!» – успел подумать Артур, а потом краем глаза успел заметить молниеносное движение. Фархат распластался в лодке выбросил вперёд руку с зажатым в ней сачком и каким-то мистическим образом умудрился поймать в него рыбину в считанных сантиметрах от воды.

Оказавшись в ловушке, рыба тут же забилась, затрепыхалась. Фархат медленно сложился обратно, осторожно удерживая сачок. Он отправил рыбу в ведро с водой и поднял взгляд на Артура:

– Поздравляю. Твой первый улов.

– Твой, – недовольно поправил его Артур. – Я её упустил. А ты поймал.

– Может, формально ты и прав, но она попалась на твой крючок, – напомнил Фархат. – Я только немного помог.

И видя, что его слова Артура не убедили, добавил:

– В сущности, это не играет особой роли.

До этого момента Артур не особо волновался, насколько его реакция на Макс очевидна для окружающих, а теперь с неприятной отчётливостью осознал: все всё поняли. Может, не все, но Фархат-то уж точно, поэтому и сказал о ней – эдак покровительственно, как всегда, практически как взрослый поддерживает ребёнка в его детсадовской влюблённости.