Пари с герцогом

Неужели и сейчас, как и он, она играет какую-то роль? Теперь-то ей это зачем?

Пока мчался вслед за ней галопом к деревьям, Рис не мог не восхищаться ею. Она скакала уверенно и отлично управлялась с поводьями. Такой стиль говорил о долгих годах тренировок. Когда-то лошади были их самой любимой темой для разговоров.

Будь оно все проклято! Почему он все время думает о том, что было когда-то? Да, было, но быльем поросло, кануло в Лету. Для него она больше ничего не значит, и он чертовски хорошо знает, что он для нее вообще никогда ничего не значил.

Черт, она точно побьет его в этой скачке. Хоть ему и удалось значительно сократить расстояние, у нее куда более мощный конь. Конечно, менее опытный наездник все равно проиграл бы ему, но тут Рису пришлось признать, что выигрыш у нее заслуженный.

– Я выиграла! – объявила Джулиана, как только пустила Алабастера медленной рысью вдоль изгороди, протянувшейся перед деревьями.

– Что именно?

Ну какой дьявол подтолкнул его спросить! Опять сболтнул лишнее.

– Скачку, – заявила она с самодовольным видом.

– О, так мы состязались? – как можно равнодушнее констатировал Рис.

– Не делайте вид, что вы этого не знали, – лукаво усмехнулась Джулиана.

Ах как хорошо он помнил эту усмешку!

– Ну хорошо, пусть так. Вы победили. Какова цена пари?

Опять вмешался дьявол, подлый ублюдок! Какого черта?..

Конь остановился. Джулиана спешилась, опираясь на столбы изгороди, и медленно повела животное дальше, поглаживая по боку и что-то ласково приговаривая.

В ее зеленых глазах сверкнули искорки смеха и, кажется, гордости.

– Думаю, расплатой будет рассказ, почему вы на сей раз решили освоить профессию конюха: в роли лакея вы уже выступали.

Рис откинул с лица волосы. Похоже, выбор у него невелик: либо продолжать врать, либо рассказать правду. Джулиана умна и проницательна, поэтому пытаться убедить ее поверить в байку – понапрасну терять время: проще убедить помочь ему, объяснив, в чем дело.

– Если вы готовы сохранить все в тайне…

Ну вот, предупредительный выстрел сделан.

Она наморщила лоб.

– Так ваше лицедейство – тайна?

– По крайней мере для гостей.

– А кучера, слуги, горничные, экономка наконец?

– Знают все, с кем приходится пересекаться.

Она скрестила руки на груди и прищурилась.

– Никогда не поверю, чтобы лорд Клейтон не знал.