Во власти пламени

Заставила подскочить к кровати и разбудить льорна, коснувшись его дрожащими от напряжения пальцами.

– Чили, просыпайся!

«Больше ни минуты здесь не останусь!» – размышляла я лихорадочно, раскатывая по полу волшебный ковер и посыпая вытканный на нем узор золотистой пыльцой – магией ветра.

Улечу в Сумеречную империю, спрячусь в императорском замке под защитой названой матери. Ее лучезарность поймет, не прогонит. С ней я буду в безопасности.

Толкнула ажурные ставни, сквозь которые в спальню проникал аромат цветов, что вились по белокаменной стене.

Уже почти почувствовала вкус свободы, почти вдохнула ароматный вечерний воздух, когда двери распахнулись и спальню заполнил строгий женский голос:

– Риан-Илара Анвэри, прекрати это немедленно!

Я мысленно застонала.

Только мамы для полного счастья сейчас не хватало.

Глава 4

Герцогиня Анвэри стремительно вошла в комнату, не забыв громко хлопнуть дверью. Окатила меня холодом своего внимания, после чего уперлась взглядом в ковер, имея все шансы прожечь в нем много-много дырочек.

– Сойди с ковра, – проговорила тихим спокойным голосом, от которого у меня в детстве мурашки бежали по коже. Детство уже давно закончилось, но я по привычке вздрогнула. – Живо! Мне вот интересно, куда ты собралась на нем лететь?

– В Сумеречную империю, – со вздохом призналась я, потому что не признаться, глядя в эти строгие глаза, было нельзя.

Мама негромко хмыкнула и кивнула на волшебную подстилку.

– Ты на этом собралась лететь через все королевство?

Согласна, план так себе, и я это понимала. Но лучше уж пытаться сделать хоть что-то для своего спасения, чем бездействовать!

Одарив порцией недовольства летающий половик, мама переключилась на Чили.

– Шахир настучал? – спросила я кисло.

Вот ведь… настоящий мужчина.

А еще дракон, бесстрашный защитник Адальфивы. Который бегает жаловаться на непослушную невесту ее родителям.

М-да. Влюбиться в такого у меня при всем желании не получилось бы.

– И как тебе только в голову пришло взять на отбор льорна?! – воскликнула герцогиня.

Прыжок, и Чили в одно мгновение вскарабкался по тревожно колыхнувшемуся балдахину, обвился вокруг резной колонны всеми четырьмя лапами и замер, старательно изображая элемент кровати.

– Обмануть меня и подбить на ложь Эйлуэн! – продолжала взывать к моей совести ее светлость.